— Ты могла бы жить иначе, — отрезал Леви, — мне жаль, что ты появилась в разведкорпусе и ввязалась во все это дерьмо. Ты могла бы стать известной певицей, найти себе богатого и заботливого мужа и жить спокойной жизнью.
Была не удивлена таким словам. Прекрасно понимаю, что Леви не под каким предлогом не бросит службу и не окунется в семейную идиллию. И возможно, если бы я не знала, что нас ожидает в будущем, я бы начала съедать ему мозги по этой теме. Но у нас, на данный момент, дела обстоят иначе.
— Родной, — я нежно провела рукой по его шее, — мы не в той ситуации, чтобы рассуждать о том, чего у нас, скорее всего, не будет. Мои воспоминания раскрылись бы в любом случае и я не смогла бы сидеть на месте. А знаешь, почему? Когда я смотрела сериал о вас, моим самым любимым персонажем был именно ты. Видя, как складывалась твоя жизнь, я дико сопереживала тебе. Так иронично случилось, что именно тебя я по итогу полюбила. И произошло это не сразу, как раскрылись мои воспоминания. Так как я знала тебя реальным и живым человеком, я просто испугалась за дальнейшие события, но в то же время, хотела избежать всех тех потерь, что ожидают тебя. Не потому, что ты мой любимый персонаж. А потому, что ты реальный человек, который был моим капитаном и человеком, которому я без сомнений смогу доверить свою жизнь. Уже тогда, я была уверена, что смогу пожертвовать собой, но огорожу тебя от потерь, которые последуют. И знаешь, лучше бы мы действительно оставались в том амплуа, в котором мы находились на тот момент, когда ты избегал со мной общение, а я на тебя невероятно злилась. Возможно, так нам было бы проще. Но теперь…
Проведя ладонью по щеке Леви, я продолжила:
— Теперь, когда ты значишь для меня слишком многое, я не остановлюсь оберегать тебя. Я прекрасно понимаю, что нас ждёт впереди, и с уверенностью могу сказать, что сомневаюсь, что доживу до мирных времен. Поэтому ни о какой семьи с детьми — речи быть и не может. Мне будет вполне достаточно того, что ты станешь моим мужем. Разумеется, если мы выживем. Большего мне и не надо.
Леви прижался ко мне, уткнувшись своим лбом в мой:
— Прости за нашу реальность.
В ответ я прижалась крепче к мужчине. Бессмысленно было его убеждать в том, что он не виноват в этом. Никто не виноват. Просто в таком мире мы живем и наша задача — выжить, иного не дано.
— Пообещай мне одно, — сказал мужчина, отрываясь от меня и пристально заглядывая в глаза, — ты любыми способами, постараешься остаться в живых. Будешь бороться до конца.
— Обещаю, родной. Но и ты мне обещай то же самое, — проговорив эти слова, я примкнула к его губам. Вероятнее всего, документы сегодня так и останутся незаполненными до конца.
***
Больно. Господи, как же больно. Дыхание дается с большим трудом, а на теле, по ощущениям и живого места не осталось. Я просто медленно погибала в этой агонии. Сколько уже прошло времени? Снаружи тихо. Слишком тихо. Справились ли ребята? Сколько человек осталось в живых?
Приложив все усилия, повернула голову на бок. Рядом лежит тело моего товарища, который пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти мою. Был ли в этом смысл? Я теряю слишком много крови и с минуты на минуты могу отключиться, так и не проснувшись. Зачем ты это сделал? Разве ради этого я тебя спасала? Чтобы ты пожертвовал собой?
К горлу подступил ком, а глаза заслезились. Ну вот и всё, пожалуй, так моя история и закончится…
Временем ранее
— Береги себя. Помни о своем обещании, — проговорил мне Леви, перед тем, как уйти за стену и спасать лошадей.
— И ты тоже. Ты обязан выжить, — отозвалась я, наблюдая как мужчина скрывается, используя УПМ.
Все шло по чертовому канону. Звероподобный дал о себе знать, да и Райнера мы нашли в стене, как и задумывалось изначально. Леви не смог его прикончить, чему был несказанно удивлен. Никто не знал, что шифтеры могут переносить сознание и за счет этого, избежать неминуемой гибели. Хоть такое и используют в самом крайнем случае, но у Райнера он таковым и был.
Наш отряд и отряд Ханджи, совместно с Майком, были нацелены на устранение Бронированного титана. Эрен знатно его помял в рукопашном бою и, благодаря этому, мы без лишних проблем смогли сразить его громовыми копьями. Но только я понимала, что убивать его нельзя. Мало ли, как это скажется в будущем.
— Наша взяла! Броня на шее разрушена! — закричал Жан, приземляясь на крышу.
— А? И правда… — произнёс Конни, приземляясь рядом с товарищем.
— Копье его пробило! — поддержала Саша.
— Заходим по новой! — скомандовала Ханджи, — ударим копьями еще раз и убьем врага.
На лицах ребят застыло замешательство. Каждый из них, я уверена, вспомнил дни из кадетки, когда Райнер и Бертольд для них были верными товарищами. А теперь нашей целью было уничтожить их, собственно, как и им — нас. Первым оцепенение отбросил Жан:
— Ребята, мы ведь все решили, иначе нельзя! Вперед!
Слова друга придали уверенности молодняку и вся наша дружная толпа кинулась в сторону Бронированного, чтобы окончательно вывести его из строя. От такого количества громовых орудий, мало ему точно не покажется. Загривок разнесло в щепки и сидящему внутри него человеку тоже не поздоровилось. Когда дым испарился, мы увидели наполовину тело Райнера, торчащее из загривка титана. Лицо мужчины полностью отсутствовало. С пробитой головой обычно нереально выжить, но я знала, что в его случае он вновь перенес сознание и тем самым спас себе жизнь. Но все ребята уже были уверены, что с Райнером покончено.
— Мы сделали это! Бронированный титан — покойник, — прокричал мужчина из отряда Ханджи.
— Ну наконец-то, одной проблемой стало меньше, — проговорил Гюнтер, останавливаясь возле меня. — Осталось дождаться Колоссального, если он, конечно, решится появиться.
— Появится, можешь в этом не сомневаться, — угрюмо отозвалась я, в ожидании крика Райнера.
— Ха-ха, и правда, мы надрали ему задницу! — нервно заулыбался Жан, — сколько мы с тобой намучились. Так тебе и надо, кусок дерьма!
Он замолчал, с удивлением глядя на своих рыдающих приятелей. Конни и Саша, ухватившись за голову, рыдали, глядя на поврежденное тело титана. От этой картины, Кирштейна знатно перекосило. Он схватил этих двух за воротник форменной одежды и в ярости приподнял на ноги:
— Вы чего тут сопли развели?! А ну вставайте, бой еще не окончен! Хули тут ныть, мы же сами его убили!
— Не привык наш молодняк еще к таким ситуациям, — с сочувствием произнёс Эрд, проверяя баллоны с газом. — Но придется отключать свои эмоции. Жалеть свои чувства можно с полна только когда операция будет завершена.
— Не расслабляться! Готовим оружие к новой атаке! — приказала Ханджи.
Армин и Микаса опустошенным взглядом смотрели на изуродованного Райнера. Аккерман положила ладонь на плечо друга и тяжело вздохнула. Им тоже было тяжело принимать происходящее.
— Армин, — тихо позвала девушка, чтобы вывести друга из оцепенения.
— У нас даже не было шанса поговорить. Ведь как ни крути, нам все время ужасно не хватает знаний и средств, которые бы позволили поймать оборотней живьем. Мы не могли поступить иначе! — К голубым глаза проступились слезы. Отчаянье так и сквозило в сказанных словах.
Микаса только отрыла рот, чтобы сказать другу слова поддержки, как титан Райнера зашевелился и через мгновенье нас оглушил рев. Я резко закрыла руками уши, боясь повредить свой слух от такого напора. Твою мать, сейчас случится то, чего я так боялась!
Закончив кричать, титан склонился к земле, потеряв последние силы.
— Готовьте копья! Сейчас мы разнесем его тело на части! — крикнул Майк, со злостью прожигая взглядом титана.
Я заметила, как Армин резко вскинул голову и, последовав его примеру, увидела летящую бочку, в которой спрятался гребаный Бертольд.
— Нельзя! Скорее отходим от Райнера! Сверху к нам летит Колоссальный титан. Сейчас тут все к чертям разнесет! — Закричал Арлерт, указывая пальцем направление.
Все резко вскинули головы. Ханджи чертыхнувшись громко закричала: