Дрянь!
Прикрывая дыхательные пути испачканным рукавом, Астарион скользнул в окно и по лестнице стал подниматься к крыше. У самой вершины он задержался, подразумевая засаду, которую Серена тщательно подготавливала. Вампир хищно ухмыльнулся, предвкушая лобовое столкновение, но разве это повод лишать себя удовольствия и возможности подразнить эльфийку? Ни в коем случае.
Придерживаясь одной рукой за ступень, вампир скользнул в карман и вытащил побрякушку. Слегка отклонившись, чтобы снизу рассмотреть крышу, Астарион выбрал укромный уголочек возле большого дымохода и швырнул украшение туда.
По крыше застучали рассыпавшиеся камни янтаря. Они рикошетили по лемеху, звонко предупреждая о возможной опасности. Тишину разрезал свист стрелы, пролетевшей мимо дымохода. Астарион, хитро улыбнувшись, выскользнул из своего укрытия и выпрыгнул на крышу — рядом с правым боком пролетела стрела, но ему хватило сил, чтобы скрыться в складах кровельного покрытия.
Осторожно выглянув, Астарион взглядом нашёл Серену — она пряталась за соседним дымоходом, покрепче натянув тетиву. Неплохая засада, вампир с удовольствием играл с эльфийкой, позволяя спутнице показать всё своё мастерство, чтобы потом, с лицом победителя, взвалить её тушу себе на плечо.
Серена приятно удивила — магия никогда не давалась ей, но кажется, за эти два года она всё же освоила некоторые полезные трюки, чтобы использовать для обескураживания. Размышления Астариона лезли глубже — а не приложил ли к обучению Серены свою руку Гейл, великий мастер над плетением? Он обязательно узнает, но не сегодня, не тогда, когда он всецело поглощён попытками Серены казаться сильной победительницей.
Тишина настораживала. Перепачканный в золе Астарион не предпринимал никаких попыток к нападению, словно подначивая эльфийку сделать ещё шаг, оступиться, поступить необдуманно.
Но она умеет ждать. Если придется, просидит тут так целую вечность, замерев с натянутой стрелой. Поудобнее перехватив рукоять и размяв слегка затекшие пальцы, Серена тихо выдохнула, но продолжала следить за линией крыши, поджидая, откуда же появится её противник.
— Ну давай, чего же ты дожидаешься, — но так и не сумев удержать в узде жгучее нетерпение, Серена, будто лесная хищница, мягко двинулась к крыше. Подошва магических сапожек, украденных у Саркартога, поглощала звуки шагов, и превращала Серену в бесшумную дьяволицу.
Она стремглав передвигалась, удерживая оружие наготове, а мыслях кипел гнев, объединенный с чувством дурманящего азарта. Это ощущение всегда возникало рядом с Астарионом. Их вечное соперничество росло, пока не достигло своего апогея — войны. Пылкого противостояния, наполненного красками страсти, ревности и манией преследования. Игра, затянувшаяся надолго, увлекла самые тёмные души, не умеющие проигрывать. И сегодня Серена намерена победить.
Резко наклонившись, Серена острым резвым взглядом осмотрела стену и нижерасположенные балконы, заставленные хламом. Рывком развернувшись, девчонка оглядела крышу, надеясь увидеть хоть намек на движение. Но ничто не тревожило эту ночь. Картина оставалась неизменной, словно застывшие краски на холсте. Эльфийка прищурилась и навострила уши, прислушавшись к чуткому органу чувств.
Ветер.
Крик младенца в соседнем доме на третьем этаже.
Пение цикад у водоема.
Камушки, посыпавшиеся по наклонной.
Тонкий звон обнажённого оружия.
Крутанувшись на девяносто градусов, эльфийка ускоренным бегом миновала перекос и в прыжке отпустила тетиву. Луч вошёл аккурат в середину дымохода: прессованный камень с грохотом треснул и от силы разрыва громовой стрелы разлетелся в сторону, заполнив ночную чистоту густой пылью.
Из облака каменной пыли выскочила фигура, легко лавируя по складкам и выступам крыши. Серена, заметив цель, бросилась в погоню и наложила отравленную стрелу на тетиву. Выстрел. И ещё один. Стрелы летели, разрезая воздух свистом, алое оперение пестрело в ночи, вонзаясь в стены и покрытие крыши.
Сукин сын!
Она неслась, стремясь поразить шуструю дичь, но стрелы заканчивались, а шансы нанести урон издалека становились всё более призрачными, плавясь под натиском не прекращаемой погони.
Недовольно рыкнув, эльфийка забросила лук за спину и ускорилась, рассчитывая напасть на Астариона сверху. План слегка трещал, подкидывая неурядицы, которые осложняли ход битвы. Шанс на победу в открытой схватке стремился к нулю, замирая где-то на отметке тридцать. Но Серена не собиралась отступать. Всё-таки импровизация — это её самая частая стратегия в битвах.