Удар болезненным щелчком отдаётся в голове. Кожаный кулак, украшенный осмийевыми пиками*, не смог раздробить или переломить челюстную кость, но вывел Астариона из себя, открыв для атак.
Не смея терять времени, эльфийка выдергивает руку и нападает, рассекая грудь, живот и оставляя небольшой надрез на шее.
Боль отрезвляет, растворяя картины и возвращая в реальность. Порезы жгут, но Астарион чувствует, как раны затягиваются. На теле остаются только кровоподтеки.
Доверяя предчувствию, вампир парирует удар, но от молниеносного потока атак отшатывается назад, принимая позицию оборонения и отступления.
Серена вошла в зенит. Эликсир придал сил, насытив ткань мышц, а природная скорость, которую больше не нужно было контролировать, превратила эльфийку в неукротимый ураган постоянного урона.
Её атаки напоминали дикий танец друид, призывающих непогоду и смерть. Волосы метались в воздухе, скрывая эмоции на лице, ноги то повторяли движения Астариона, то приходили в безумный такт нападения, а руки всё чаще находили цель, оставляя порезы на белоснежной коже.
Астарион, и правда обескураженный напором и умением Серены, отступал — атака в солнечное сплетение выбивает у него из груди воздух, сжимая мышцы диафрагмы в ком.
И еще один удар. По лицу.
И ещё, пока спина не упирается во что-то твердое и холодное. Ледяная сталь замирает у самой глотки, приятно охлаждая кожу. Заточка клинка опасна, но Серена, буквально ставшая частью оружия, контролировала давление.
Она тяжело дышала. Но взгляд. Яростный, хищный, неукротимый — пылал. Настоящая охотница, загнавшая в угол свою жертву. Как же быстро они поменялись ролями.
— Ну чтож, этот раунд за тоб…
— Молчать, — грубо перебила эльфийка. — Ты, подлец, позволяешь мне играть и баловаться. Я чувствую, как ты сдерживаешь себя. Для тебя всё это шутки? Спектакль, развязка которого известна? — Серена сильнее нажала на клинок, вынуждая вампира слегка приподнять голову.
— Ты прав, я не смогу убить тебя, — по лбу потекла соленая капелька испарины. — Но я воспользуюсь тем, что ты сражаешься вполсилы и избавлю себя от твоего присутствия, — её рука не дрогнула, мышцы повели локоть в сторону, намереваясь распороть кожу, но вампир, схватив Серену за запястье, не позволил завершить казнь.
Рука заныла, хватка оказалась мёртвой: все сосуды и вены сжались, не пропуская кровь дальше, в кисть. Лёгкое онемение не пугало, но Серена понимала — ещё немного и она выронит клинок. Но всё равно не собиралась отступать.
Эльфийка взглянула в глаза Астариона, отчаянно желая разглядеть в них дьявола, сущность, которая отныне преобладала в нём. Он смотрел в ответ, исподлобья: злобно, устрашающе, бесчувственно. Грудь вампира быстро поднималась, эльфийка ощущала эту внутреннюю борьбу между нитью чувств и желанием подчинить. Поставить на колени.
Когда уголки губ на лице вампира дёрнулись, Серена поняла — она победила в этой маленькой провокации. Оставалось лишь сделать крошечный шаг и бросить огниво в заготовленную бомбу.
— Ну давай, покажи мне себя, Астарион, — противостоять вампиру становилось сложнее: Астарион выворачивал руку Серены, скалясь зловещей ухмылкой. И тогда она увидела его. Того, кто явился из пепла Астариона, позволившего себе трансформироваться. Снова. И Серена не знала этого мужчину. Больше нет.
Замахнувшись, Серена попробовала отбиться в рукопашную, но Астарион перехватил и вторую руку, лишив эльфийку любой возможности сопротивляться.
— Что такое, любимая? Ты ведь сама просила не сдерживать себя, — глумливо потешался вампир, любуясь беззащитностью жертвы. Сила Серены, подпитанная зельем, и правда была впечатляющей, но не могла сравниться с его, насыщенной возвышением.
План был прост: заломить руки за спину, позволить вырваться и дразнить себя, пока игра не наскучит, но как только разума коснётся отголосок тоски — Астарион отключит девицу и утащит в замок. Ему совсем не хотелось лишать свою любимую призрачного шанса на победу. Пусть всё выглядит как честное сражение. Так удар по высокомерию Серены будет… Не таким разрушительным.
Но эльфийка, не собираясь сдаваться — ударив ногой в соединительный сустав на стопе и ощутив ослабление, Серена вырвалась из хватки. Нападать в открытую снова — глупо. План претерпел изменения и эльфийка, бросив под ноги бомбу, быстро побежала вперед по крышам, к каменному помосту замка.
Взрыв был несильным: густой, наполненный шестигранными частичками серебра туман заволок Астариона, дав Серене несколько секунд на то, чтобы перейти в нападение издалека. Лук, выструганный из дерева суссура, едва ощутимо вибрировал и светился мягкой голубой магией. Выведенные символы на основании горели и наполняли стрелу мощью.