Наложив громовую стрелу, Серена прицелилась в оседающий туман: острый взгляд очертил силуэт мужчины и эльфийка отпустила тетиву. На этот раз взрыв был оглушительным: можно было добить вампира прямо сейчас, всадив пару десятков ядовитых стрел. Но даже это вряд ли вырубит Астариона — нужно было бежать. Бежать и прятаться. Или же искать более выгодную позицию.
Закинув лук за спину, Серена быстро побежала к соседней крыше и легко напружинив, перепрыгнула на соседнее здание.Сапоги поглощали звук шагов и бега, но Серена ощущала гнёт преследования.
В попытках запутать следы, девчонка раскидывала по крыше крошечные шарики-бомбы, наполненные спорами из подземья. Морок скрывал её побег, но скорость падала — девчонка постоянно задерживала дыхание, не позволяя едким спорам отравить разум.
Ночь близилась к своему завершению: первые солнечные лучи пробирались сквозь толстую нить горизонта, словно прорезая темное полотно для ещё одного дня. У Серены почти не оставалось шанса выйти из этой схватки живой: прокатившись по косой направляющей, эльфийка приземлилась на вымощенную камнем дорожку. Среди домов тьма оставалась густой, непроницаемой жалкими лучами рассветного солнца, здесь она всё ещё могла вести бой.
Вслед за Сереной на землю спустился Астарион. Его приземление сопровождалось громким стуком башмаков о камень. Вампир лениво отряхнулся от пыли и осмотрелся.
— Споры тиммаска, — он знал, что Серена слышит его. Знал, что она где-то рядом, готовится к финальному прыжку. — Какая находчивость. Неужели Грот позволил тебе грабить подземье? Довольно странно, ведь насколько я помню, в первую встречу вы не поладили.
Притаившись, эльфийка игнорировала любую попытку выйти на контакт. Она сильно рискует, оставаясь в предельной близости к вампиру, но другого такого шанса ударить исподтишка просто не будет.
— Т-ц, Серена. Мы оба знаем, что тебе не убежать. Не стоило тебе так дразнить меня. Может, тогда всё закончилось бы несколько иначе? — он вопрошает в рассветную тишину. Издалека слышны крики первых петухов и сверчков, распевающих последнюю мелодию, прежде чем замолкнуть. Вампир оглядывается и осторожно шагает вперед, надеясь рассмотреть в тени спрятанную фигуру, но даже вампирское зрение не выдаёт Серену.
В тот момент, когда вампир выравнивается с укрытием эльфийки и оборачивается спиной, Серена вскакивает на закупоренную бочку, чтобы посильнее оттолкнуться, и бросается в последнюю схватку. Над головой сверкнул один из кинжалов.
Астарион резко разворачивается и перехватывает девчонку, со всей силы впечатывая в стену. Одной рукой он хватает её за горло, а второй сжимает запястье с оружием. В глазах сверкают звездочки, но даже сквозь них Серена различает самодовольство Астариона.
— Я же… — тишину разрезал густой, до боли знакомый Астариону звук. —.. говорил тебе…
Он медленно опускает взгляд вниз: рукоять его клинка в объятиях пальчиков Серены торчала из живота. Глаза его скользят вверх, к лицу Серены, эмоции, которая запечатлелась на лице. И в зловещей ухмылке он узнаёт себя. А во взгляде… Знакомого дьявола.
Провернув рукоять, Серена медленно повела клинок в сторону, вспарывая брюхо вознесенному вампиру. Густая теплая кровь заливает ладошку, приятно обволакивая пальчики, скользя вниз, капая на камни и щели меж ними. Резко дернув руку, Серена освободила Астариона от острия его же клинка. Но затем сделала еще несколько контрольных ударов, выбив несколько болезненных вздохов. В последний раз, когда клинок вошел в плоть, Серена схватила вампира за шею и притянула к себе.
— Победить тебя на пике возможностей — я не знаю ощущения слаще этого, — голос звучит тихо, но тон — наглый, надменный, на доли секунды оглушает Астариона.
Выдернув кинжал, Серена с силой отталкивает вампира от себя и тот отступает, а затем падает на колени, зажимая рану, из которой выглядывают внутренности, намереваясь выпасть на землю. Металл преприятно грохочет, сталкиваясь с твердостью камня. Серена делает несколько шагов навстречу и окровавленной рукой приподнимает лицо Астариона, чтобы подарить ему высокомерный взгляд:
— Какая ирония — видеть тебя на коленях перед собой, — улыбка, с которой Серена говорит эти слова, больше походила на оскал, обнажая угловатые зубы. Но за тем настроение эльфийки меняется, преображая Серену в ледяную фурию. — Более не смей преследовать меня. В следующий раз — я убью тебя.