— В гостевом крыле все занято — это точно, а в хозяйском все четыре спальни свободны. Можете любые покои выбрать, какие больше понравятся.
— Пожалуй, я выбираю все…
Глаза у Лауры удивленно округлились, но вразумлять странную хозяйку и ее тараканов девушка не стала. Лишь кивнула, спросила, нет ли еще каких распоряжений, да ушла наверх. Я же продолжила завтракать, играя с котом в игру “Кто больше съест?”. Победил, естественно, кот. Лично я в себя столько запихнуть никогда не смогла бы, а этот еще и по пустым тарелкам жалостливым взглядом прошелся.
У меня был только один вопрос: “Сколько можно жрать?” — но вслух я его не задала. Коты — они ж натуры обидчивые, а тапки у меня только одни.
Говорят, что после еды нельзя лежать или спать. Мол, если ты двигаешься, жир тогда точно не отложится в лишние килограммы. Не знала, насколько эта информация правдивая, но лежать без дела я в принципе не любила. Страх, вызванный загадками этого замка, уже отступил, уступая место любопытству.
Мне на самом деле было интересно разобраться во всем происходящем, а еще я хотела попробовать снять проклятие. А что? Попытка не пытка. В конце концов, в крайнем случае буду до бесконечности продлевать бальный сезон, если ничего не получится.
С другой же стороны, мне нужно было кое-что проверить и подтвердить. Во-первых, ключ, который продолжал болтаться на цепочке на моей шее. Он ведь не лежал где-то на видном месте. Наоборот, был спрятан туда, куда могла заглянуть только я. А если есть ключ, значит, есть и то, что он открывает.
Второе, в чем я должна была убедиться, — действительно ли я больше не могу выйти за пределы Тауршира. Да, я должна была это проверить, чтобы знать, что другого выхода, кроме как решить головоломку, у меня просто нет. Всегда приятно иметь запасной вариант.
И третье, но не менее важное, — я должна была еще раз проштудировать записи маркизы. Вдруг я все-таки пропустила что-то важное, что сможет мне помочь. Этот дневник вечером я собиралась прочесть от корки до корки.
— Ты куда? — спросил у меня Айлиан, мигом помчавшийся за мной.
— Убираться. Чего и тебе советую.
На моих словах кот споткнулся, посмотрел на меня как на врага народа, но все же пошел за мной с гордым видом человека, который мой двусмысленный намек понял, но принимать отказался. Бессовестное животное!
Длинный коридор, когда я поднялась на второй этаж, уже отмыли где-то наполовину. Из окон лился приятный солнечный свет, возвращающий яркость стенам и деталям. В этом коридоре я бывала до сих пор только один раз, но, как оказалось, ничего примечательного здесь не было. Все двери вели в гостевые покои, счет которым я потеряла где-то на тридцати.
Правда, в самом конце нашлась общая гостиная, в которой было принято этих самых гостей принимать. Рядом с этой дверью расположились целых два прохода на лестницы, которые отмыть еще не успели. Одна вела вниз — в коридор, из которого можно было попасть на кухню и в малую и большую столовые, что скрывались на нулевом этаже. Вторая — наверх, где и находились хозяйские покои.
— А еще есть лестница для слуг, но она скрыта в нише, — стукнула Лаура по стене, отчего часть стены начала медленно открываться, словно дверь.
— Занимательно, — покивала я, беря ее на вооружение. — И что? Вот прямо-таки все-все гостевые комнаты заняты?
Девушка замялась! Я видела!
— Говори! — потребовала я.
— Кроме одной, которая расположена с другой стороны в самом закутке. Туда обычно никого не принято селить, потому что она занимает собой часть башни. Места мало, в уборной не развернуться, кровать странная…
— Веди, — оборвала я поток объяснений, и мы пошли.
А точнее, это я побежала, а девушка за мной едва поспевала. Кот же с горизонта совсем исчез, что не могло не радовать. Искомую дверь я действительно обнаружила в самом закутке. Она нашлась в конце коридора — там, где не было ни других дверей, ни окон. Эта часть коридора утопала во тьме, но шестое чувство подсказывало, что туда-то мне и надо.
Открылась дверь ключом — тем, что висел у меня на шее, но, кроме того, створка еще и вспыхнула по периметру, когда я ключ провернула. Лаура едва удержалась от крика, но смотрела при этом так, будто за дверью жили монстры.
— А дальше я сама, — произнесла я, прежде чем открыть дверь.
Дверь, ведущую в неизвестность.
Глава 7
— Апчхи! — выразила я свое негодование по поводу пыли в этой комнате.
Исходя из одеялами повиснувшей паутины, создавалось стойкое впечатление, что не убирались здесь несколько десятков лет. А уж как встрече со мной обрадовался жирный паук, облюбовавший люстру. Так и спрыгнул вниз, повиснув на своем изделии.