Я же… Я в ответ промолчала.
Перчатки, туфельки, диадема на волосах. Я была слишком красивой, хотя красивой себя, в принципе, никогда не считала. Словно блеск или сам антураж делал меня несколько иной, другой, более привлекательной. И как жаль, что этот образ придется немного подправить.
И да, я действительно подготовилась. Больше того, словно сам замок помогал мне.
Мало того, что мои старые стоптанные ботинки вместе со снятыми джинсами никуда не исчезли, так еще и на столике появилась бутылка вина и бокал. Конечно, там были еще и фрукты, но заинтересовали меня не они.
Слезы на глаза наворачивались, когда я ножницами срезала нижние юбки, вместо десяти слоев оставляя только три, которые являлись полупрозрачными. Под них я надела джинсы, а вместо мягких туфель — ботинки. Еще пара минут ушла на то, чтобы из красивой прически сделать воронье гнездо.
Отдельно я уделила время макияжу. Жирно подвела глаза и губы черным карандашом. Еще минутка ушла на то, чтобы оборвать один из коротких рукавов платья, оголяя плечо. Где-то посреди комнаты я потеряла одну из перчаток, но это было даже к лучшему.
Имитация сильного алкогольного опьянения — это не шутка! Тут нужно подходить к делу со всей ответственностью и бессовестностью. Лично у меня по отношению к дракону совесть резко вымирала, так что половина бутылки ушла на то, чтобы залить вином платье. Еще четверть — чтобы намочить кончики волос и единственную уцелевшую перчатку. Этой рукой я собиралась держать бокал.
Последний акцент — прополоскать вином рот, а остатки вылить в бокал, заполняя его до краев…
— Ваша Светлость, гости уже собрались, — знакомым голосом произнесли за дверью, но то явно был не кот и даже не дракон. Управляющий замком.
— И-и-иду-у-у, — растягивая гласные, игриво произнесла я и в последний раз посмотрела в зеркало.
Теперь я была на сто процентов уверена, что каждая женщина в душе — чуточку ведьма.
Глава 8
“Не влюбляйся в ледяного дракона!” — о таком в проклятии вроде бы речи не было.
“Не влюбляйся в ледяного дракона!” — появлялись предостерегающие надписи на стенах, пока я шла по коридору, следуя за спешащим управляющим Тауршира в бальный зал.
— Не влюбляйся в ледяного дракона! — шептали призраки старого замка, полученного мною в наследство. Их голоса я слышала так же отчетливо, как и стук собственного сердца.
И только я стояла на верхних ступеньках лестницы, оглядывая приглашенных и незваных гостей, и думала, в какого именно дракона не влюбляться, потому что выбор был невероятно велик!
И потом! Это кому еще не стоит из нас влюбляться?
Запишем-ка эту идею как “план В”. А что? Влюбляем в себя другого дракона, и пусть подерутся, а там по ситуации. Или “план Г”, или победа.
Спускалась я эффектно, начав это нелегкое дело еще до того, как церемониймейстер попытался грохнуть своим посохом, чтобы представить, собственно, меня. Едва ли не висла на перилах, покачиваясь каждым шагом. Бокал в моей руке то и дело опасно накренялся, собираясь меня облить своим содержимым, но я вовремя делала следующий шаг-рывок.
Наверное, именно так ходят умертвия, если они, конечно, в этом мире существуют. Почему я вспомнила об умертвиях? Да потому что все гости, включая пятерых драконов в голубых камзолах, как-то разом взбледнули и осторожно отступили подальше, едва я сошла с лестницы в зал, по зигзагообразной траектории направляясь к чешуйчатым.
— Здравствуйте! — с широкой улыбкой счастливого человека, готовящегося к убийству, протянула я руку одному из драконов, но, плюнув на реверансы, сама схватила его за руку и как следует потрясла кисть в безуспешной попытке оторвать на сувениры. — Приятно познакомиться, Валерия Королева — попаданка в магический мир. Гарантирую, у вас со мной будут проблемы.
Если дракон что-то и хотел сказать, то слова подобрать у него явно не получалось. Слегка округлившимися в ошеломлении глазами он смотрел то на меня, то мне за спину, видимо пытаясь молчаливо позвать на помощь. Я же этой самой помощи ждать не стала.
— Подержите-ка! — крутанулась я на пятках, всовывая свой бокал сверлящему меня недобрым взглядом дракону.
Вчерашнему дракону, что без стыда и совести таскал меня по залу, словно куклу, изображая даже не подобие — насмешку на танец.
— Музыку! — громко приказала я со всей имеющейся храбростью.
В тот момент, когда я положила одну руку стоящему передо мной несчастному на талию, а второй нагло сжала его длинные пальцы, захватывая их в плен, напряжение в зале возросло до максимальных пределов. Среди зарождающихся первых аккордов было четко слышно, как кто-то с грохотом свалился в обморок. Это ж кто у нас такой слабонервный? Что ни день, то новый обморок.