...их объял огонь.
Без криков и паники горели двое преступников, обугленное тело третьего дымилось неподалеку. Посреди дороги валялась недопитая бутылка. Не прошло и минуты, как огонь погас, и то, что раньше было людьми, рухнуло наземь.
— Выходи! — прозвучал приказ снаружи.
Трясясь от страха, облегчения и одновременно шока, Лия на ватных ногах выбралась из пропахшей табаком и по́том машины. Она не сумела поверить ни ушам, ни глазам. В Параллели она привыкла к нему и любила, не меньше любила и в этом мире, но увидеть перед собой вот так, настоящего... и безумно рассерженного.
— Объясни, какого дьявола ты ходишь по улицам в двенадцатом часу ночи, — потребовал Армин.
В Параллели она бы принялась оправдываться, спорить, но здесь ситуация иная. С выдохом облегчения Лия бросилась на шею к мужу. Впервые физическая оболочка почувствовала тепло его тела, впервые его руки обняли ее в родном мире... впервые губы соприкоснулись с его губами не в параллельной реальности.
Это их шанс. Шанс, который может больше не повториться. Словно в первый раз Оливия испытала неземное чувство — страсть. Для физического тела это действительно стало впервые. Она не помнила, как Армин погрузил тела в багажник и на машине тех зверей довез Лию до дома; не помнила, как они вошли во двор, а потом она пригласила его войти в дом. Он не хотел, боялся лишить ее жилище безопасности, но Лия заверила, что никогда не станет опасаться собственного мужа. Мама гостила у подруги, и дом оказался полностью в их распоряжении. Не включая свет, они страстно припали к губам друг друга, напряженные пальцы сорвали одежду и бросили ее на пол.
Лию больше не волновало то, что несколько минут назад Армин убил троих человек. Она впервые не почувствовала жалости к его жертвам. Поняла, наконец, что не каждый мертвец заслуживает того, чтобы его оплакивали. Те люди собирались сотворить с ней немыслимое. Армин все сделал правильно.
Кровать, на которой Оливия спала последние годы своей жизни, и которая была свидетельницей ее частых слез, в эту ночь стала ложем страстной любви. Снова Оливия испытала резкую боль, когда Армин проник в нее, но эта боль сделала ее самой счастливой на свете. Теперь она принадлежит Армину полностью. Сегодня физическое тело впервые заснуло в теплой постели с улыбкой на устах.
Армин не мог задержаться до утра. В любую минуту он рисковал попасть в беду, и Лия настояла, чтобы он скорее вернулся в Параллель. Подняв с пола рубашку, Армин достал что-то из нагрудного кармана. Оливия узнала в этом предмете одно из своих колец, подаренных им в Этерне.
— Теперь ты полностью моя, — нежно сказал Армин, надевая кольцо ей на палец. Оно было маленьким, узорчатым, из белого золота. — Носи его в память о том, что никакие границы не отнимут нас друг у друга.
Оливия поцеловала его в губы.
— Сегодня ты подарил мне веру в счастье и доказал, что этот мир не способен помешать нашей любви. Я буду носить кольцо до тех пор, пока не подаришь мне новое.
Армин рассмеялся и поцеловал ее.
— А все же я счастливчик, — шутя, сказал он.
— Почему? — весело спросила Лия.
— Ну, как же? Сплю с двумя женщинами, при этом не изменяя ни одной.
— Ах, ты, бесстыжий! — заливисто смеясь, Оливия ударила его кофтой по плечам. — Нахал!
Пребывая в прекрасном настроении, они обнялись, и астральное тело Лии испытало невероятную радость. Только теперь у нее появилась уверенность, что они с Армином принадлежат друг другу без остатка.
.
Он ушел в три часа ночи. Оливия не хотела его отпускать, но и оставаться Армину было нельзя. В Параллели он нужен сыну и астральному телу жены, а в этом мире мог пострадать, если его обнаружат. С улыбкой и слезами вспоминая произошедшее, Лия помолилась, чтобы он вернулся без приключений.
В эту ночь ее молитву никто не услышал.
...Армин отогнал машину на пустырь и собрался ее уничтожить, когда мощный удар в спину сбил его с ног. В следующий миг кто-то с силой пнул его в бок и сломал ребро. Когда Армин перевернулся на спину, массивное копыто надавило ему на грудь.
— Вот ты и попался! — пробасило чудовище и, схватив Армина за волосы, острым когтем вспороло ему горло.
В обоих мирах непонятное чувство завладело Оливией. Внезапно стало холодно и страшно.