— У нас все хорошо, — лгала Оливия. — Дориан и друзья мне помогают. Виктор соскучился по тебе. Мы очень хотим, чтобы ты вернулся.
Слова, как всегда, растворились в пустоте. Душа, как всегда, поверила, что Армин их услышал.
— Я так и не смогла сказать ему о войне, — горько поделилась Оливия с Дорианом, когда они покинули «бункер».
— И правильно поступила, — одобрительно ответил чародей. — Я почти ничего не знаю о Черном Сне. Может, Армин слышит нас, и его бы расстроило и напугало это известие. Ты же знаешь, как он любит вас с Виктором, и как за вас переживает. Лучше ничего не говорить.
Лия остановилась и с ужасом посмотрела на друга.
— А если его найдут? Дориан, если они обнаружат это место?
— Не обнаружат. — Он успокаивающе обнял ее. — Остров защищен могущественным заклинанием. Недруги даже не увидят его.
— А почему нельзя защитить всю страну? Почему нельзя скрыть ее от врагов и тем самым избежать войны?
Дориан невесело улыбнулся.
— На это у меня не хватит сил, даже если буду действовать вместе со всеми магами, что здесь живут.
— Но ведь кто-то построил барьер, не пропускающий сюда адских существ!
— Его возвели могущественные чародеи, жившие много веков назад. Такой силы нет у меня и тех, кого я знаю. Мы можем поддерживать его, но создать новый — нет. Увы, Лия, нам придется воевать.
Оливия сглотнула.
— До двадцать первого мая осталась неделя.
— Да. И нам нужно как следует подготовиться.
.
Сойдя с маршрутки на землю, Оливия с печальной улыбкой осмотрелась. Больше она не покинет этот город. Раньше она приезжала в Чолпон-Ату только летом, а теперь будет жить здесь круглый год.
Всю дорогу Лия прошла, рассматривая колечко на пальце, подаренное Армином. Что бы ни говорила статистика, он вернется. Просто обязан! Но внемлют ли Высшие Силы ее молитвам? Не посмеются ли над ней?
.
Оливия проснулась от шума. Звук был очень похож на взрыв. Стоял поздний вечер семнадцатого мая. Лия посмотрела на часы: почти одиннадцать.
Снова прогремел взрыв. Теперь она была уверена, что ей не послышалось. Проснулся сын и залился плачем. Едва Лия схватила его на руки, как в дверь заколотили кулаком. Спустившись в холл, Оливия увидела в окне встревоженное лицо Вадима. Отперев дверь, пропустила начальника охраны в дом. Слова Вадима заставили ее кровь похолодеть:
— Antistita, вам необходимо срочно отправиться в замок! Они напали.
Подробных объяснений не понадобилось. Лия крепче прижала к себе сына. Вадим заметил в ее глазах выражение, которого прежде не видел: нечеловеческую ярость.
Уже через пятнадцать минут Оливия вошла в главный зал замка и встретилась со всеми командирами армии, среди которых, к собственному удивлению, увидела женщину. Но на вопросы не было времени. В глазах Оливии застыл холод, тело двигалось механически, будучи напряженным до предела. На столе была разложена карта Этерны с только что нанесенными пометками. Изучив ее взглядом, Оливия подняла голову.
— Выступить по всем фронтам. Первый батальон остается на страже замка. Второй и третий защищают Центральный остров. Оставшиеся — остальные крупные острова. Переговоров не проводить, за дезертирство — смертная казнь без трибунала. Вести огонь на поражение. — Она внимательно оглядела каждого из командиров. — Пленных не брать.
Отдав честь, командиры ушли выполнять приказ. Дориан подошел к Оливии.
— Ты уверена, что дала правильные распоряжения? Такая тактика рискованна.
Лия хищно посмотрела на него.
— Эберлан — свинья, и отношение к нему должно быть соответствующим.
— За тебя говорят эмоции.
Глаза Оливии сверкнули. Дориан понял, что это действие зелья, но ему все равно сделалось не по себе.
— Я не собираюсь ждать, пока придут солдаты Эберлана и отрежут мне голову. Он считает себя могущественным. Что ж, пора обломать ему крылья.
Дориан покачал головой.
— Буду молиться, чтобы твоя стратегия сработала.
— Она сработает, — уверенно заявила Лия.
Чародей вздохнул, но больше не произнес ни слова.
Война началась.