— Я никогда не ошибаюсь, — самодовольно заявила мать. — Они знакомы, и очень хорошо. Вместо того, чтобы красить губы и менять юбки, могла бы порыскать у нее на странице. Безусловно, он в списке ее друзей.
— Но они могли познакомиться случайно и общаться только по интернету...
— Ты тупая или прикидываешься?! — снова взревел несчастный динамик. — Бог мой, я вырастила идиотку! Значит, так, слушай и запоминай: мне не интересны твои успехи в учебе и внимание мальчиков к твоей персоне. Ты должна узнать, где живет гибрид, и убить его. Затем выполнить наш план. Помощь уже в пути. Если захочешь, после всего можешь хоть жить остаться в этом Бишкеке, но пока дело не сделано, будь добра, работай!
— Да, мама, — погрустнела Виолета. — Не кричи, я все сделаю.
— Вот и замечательно. Мне пора. Созвонимся завтра.
И она отключилась.
Виолета долго разглядывала снегиря на рабочем столе и думала над задачей, которую поставила перед ней мать. Дома Диане удалось убедить ее, что гибрида надо уничтожить, а после, при помощи его подружки выманить Армина в этот мир. Но действительно ли это даст ей — Виолете — повод собой гордиться? Действительно ли убийство молодых людей и какого-то там демона сделает из нее полноценного оборотня? Разве чужой кровью другие оборотни доказывают свою принадлежность к стае?
С самого детства Виолету воспитывает мать. Отец всегда был слишком занят, чтобы уделять внимание семье. Он дал дочери богатый дом, но Диана устраивала ее в самые престижные школы, где девочку обучали не только наукам, но и этикету, иностранным языкам. В раннем возрасте мать занималась с ней русским, на котором проговорила бо́льшую часть жизни, и к пяти годам Виолета уже бегло изъяснялась на нем и болгарском.
В четырнадцать лет, когда Виолета впервые обратилась, Диана находилась рядом. С тех пор она учит дочь быть оборотнем не только физически, но и духовно. Много лет потратила, чтобы вбить в голову Виолете все законы, установленные для их вида, научить отличать Альфу от Беты, охотиться и скрываться от людей. Благодаря ей девушка в шестнадцать лет опередила развитием всех сверстниц.
И главное, что усвоила Виолета в жизни: никогда не перечить матери.
.
Разговоры с дочерью всегда выматывают Диане нервы. После них она нуждается в хорошем и приятном расслаблении. К счастью, сегодня ей не пришлось самостоятельно наполнять себе джакузи и вызывать на дом массажиста.
Диана принимала важного гостя.
Белокурый молодой мужчина хорошего телосложения, высокий и абсолютно нагой, бесшумно подошел к широкой кровати, держа в руках два бокала красного вина. Впрочем, молодым он только казался, — Никиасу Адамиди шел шестьсот восемьдесят первый год. Этот прекрасный греческий «Аполлон» — вампир. Один из немногих, кто не пал жертвой всемирной резни в девяностых, когда Армин и его подручные перебили немалую часть вампиров только потому, что те захотели остаться у себя на родине. Никиас уцелел, но поклялся отомстить прародителю своей расы любым способом. Сначала какое-то время состоял в команде первого бунтаря — Герхарда Ланца, который раньше был «правой рукой» Армина. Но потом Ланц занялся бессмысленными прыжками по мирам; позже и вовсе поселился в Параллели, бросив на произвол судьбы небольшую кучку последователей в родном мире. Его действия стали настолько безрассудными и неосторожными, что, узнав о его смерти, Никиас ничуть не удивился. «Ланца ждал такой исход», — только и сказал он. Тогда-то Адамиди возглавил небольшую группу сопротивления, и удерживается на этом посту уже почти двадцать лет. Неудивительно, что пути привели его к Диане Кинчевой.
— Из-за этой девчонки у меня снова мигрень! — раздраженно пожаловалась лежащая на кровати женщина в красном пеньюаре. Внешне она могла бы показаться матерью Никиаса, но возрастом годилась в пра-пра-... -правнучки.
Вампир опустил ничем не прикрытый белый зад на шелковую простынь и протянул Диане бокал вина.
— Успокойся, душа моя, — произнес он бархатным голосом. — Виолета не глупа, и со всем разберется.
— Она похожа на своего отца. — Диана поморщилась и сделала глоток. — Этот непроходимый добряк оставил в ней свой ген, который, подобно червю в яблоке, отравляет сознание моей дочери. Надо же! Я просто переспала с ним, не рассчитывая на продолжительные отношения, но, словно кара Господня обрушилась мне на голову, — контрацепция не сработала, и я забеременела. По законам нашего вида пришлось выйти замуж. Как ни странно, я даже привыкла к нему и тяжело пережила его смерть.