Рано утром Руслан очнулся полностью голый в кустах около подъезда какого-то дома. Проходившая мимо старушка с мусорным ведром стрельнула в него гневным взглядом и проворчала что-то про «пьянь, которой место в тюрьме». Ничего не понимая, Руслан огляделся. Понадобилось почти пять минут, чтобы узнать район, где он очутился. От его собственного он располагался достаточно далеко. Как добираться домой в таком виде? На счастье, кто-то на втором этаже близстоящей пятиэтажки вывесил на балкон простынь — сушиться, — и не закрепил ее прищепкой. Подпрыгнув, Руслан ухватился за край и сдернул ее вниз. Обмотался и пошел домой, ловя на себе удивленные взгляды прохожих.
У подъезда пятиэтажки в тихом микрорайоне города, где Руслан проживал с родными, стояли машины Скорой помощи и милиции. У подошедшего парня кольнуло в груди. Почему-то показалось, что эти службы пожаловали в его квартиру. Спрятавшись за мусорным баком, Руслан принялся наблюдать. И правда — те и другие приехали по его душу. Точнее, по душу тети Галии, уже отлетевшую на Небеса. Ее тело на носилках под окровавленной простыней вынесли два крепких врача. Следом вышел милиционер в фуражке и с черной папкой.
— Ужас-то какой! — услышал Руслан старческий голос и пригнулся ниже, чтобы его не заметили. — Говорят, разорвана так, будто на нее десять собак напало. Кто ж ее так порешил?
— Враги, наверное, — прозвучал другой голос в ответ. — Она ж на Дордое торговала, еще один контейнер сдавала в аренду. Деньги водились. Вот кто-то из зависти...
— Да кто ж на такое зверство-то способен?
Руслан смотрел, слушал, и не верил глазам и ушам. Хоть лицо тети скрывала простыня, на руке, свисающей с носилок, поблескивали ее золотые часы. Уникальные. Их ей еще покойный муж подарил, — у самих швейцарских мастеров заказывал. Жутко дорогие!
— Племянник не объявился? — сурово спросил милиционер. К кому он обращался, Руслан не видел. Ему пришлось сесть на землю. Если его заметят, то обязательно обвинят в преступлении.
— Нет, — ответил мужской голос. — Подождем, а, если что, объявим в розыск.
— Думаешь, это он?
— Все сейчас под подозрением.
Сердце у Руслана стучало, как африканский барабан. Он не мог поверить в происходящее и пару раз ущипнул себя, но картинка не поменялась. Пришлось поверить, что это не сон, а самая настоящая реальность.
Чудом стало то, что его никто не увидел: ни милиция, ни врачи, ни вездесущие соседские бабушки. Так как стояло раннее утро выходного дня, на улице почти никого не было. Иначе ему не удалось бы так легко спрятаться. Когда все, наконец, уехали, а старушки потянулись в один подъезд, чтобы собраться в чьей-нибудь квартире и до вечера обсуждать страшное убийство, сам Руслан пробежал к железной двери и юркнул в узкий проем. Дождавшись, пока бабушки уйдут с лестничной площадки, он бесшумно взобрался по лестнице на четвертый этаж и остановился, как вкопанный: дверь в их квартиру была расколота в щепки и сорвана с петель. То, что от нее осталось, валялось на площадке. Сам вход дважды пересекала милицейская лента. Стряхнув оцепенение, парень осторожно прошел под ней и оказался внутри. В комнатах все было перевернуто, как после урагана, на стенах тут и там виднелись пятна крови. В голове что-то щелкнуло, и Руслан сполз на пол. Тело облилось холодным потом, и он заплакал.
...Парень пришел в себя, чувствуя, как кто-то трясет его за плечо и зовет по имени. Этим человеком оказался Тахир, только что вернувшийся из Америки. На удивление, он выглядел спокойно, хотя глаза выдавали краснотой недавно проявленные эмоции.
— Давай, вставай, — поторопил Руслана брат. — Поедем ко мне.
— Тахир... тетя Галия...
— Потом! Все потом. Живее поднимайся!
— Я хочу одеться...
— Нет! — отрезал брат. — Я дам тебе одежду. Никто не должен знать, что ты был здесь после... — он замолчал. — Неважно. Просто иди за мной.
У подъезда был припаркован внедорожник Тахира. Тот почти забросил Руслана на заднее сиденье и захлопнул дверь, оглядываясь по сторонам и убеждаясь, что его брата никто не видел. Затем сел за руль и нажал на газ.
— Ты гостил у меня, — по дороге наставлял Тахир брата. — Понял? Кто бы ни спросил — ты ночевал в моей квартире.