Еще недавно Аня была убеждена, что настоящей любви в пятнадцать лет не бывает. Ровесницы посмеивались над ней и не уставали ставить в пример шекспировских влюбленных — Ромео и Джульетту. «Они были подростками, — говорили девушки, — но любили друг друга по-настоящему».
Анна никогда не верила в такую «любовь». Ну, что может знать о ней ребенок? До недавних пор она считала себя ребенком, хотя, конечно же, мечтающим повзрослеть и обрести независимость. Но всему свое время. Так вот, о любви. В трагедии Уильяма Шекспира Аня видела не настоящую любовь, воспеваемую всеми подростками мира, а первую влюбленность — искреннюю и страстную. Несмотря на юный возраст, девушка сумела разглядеть разницу между первым и вторым. Ромео и Джульетта, как и многие их ровесники, впервые сильно влюбились, и понеслось: «ты мой навеки...», «жить без тебя не смогу...», «ты моя судьба...», и так далее. Особое значение в пьесе занимает вражда между двумя влиятельными семьями, в период которой двое невинных детей захотели стать счастливыми, но жестокая реальность и буйствующие гормоны свели обоих в могилу. Родители же примирились над их телами и вместе скорбели по умершим. В этом и заключается трагедия пьесы, — так считала Анна. А любовь... нет там ее. Возможно, классик хотел показать всю безнадежность первой влюбленности. А может, он думал иначе. Никому этого точно не знать, но Аня убеждена: в пятнадцать лет можно влюбиться, но не полюбить.
«Настоящая любовь приходит в браке, не раньше, — говорила Оливия в моменты их откровенных бесед. — Когда живешь с избранником под одной крышей, видишь его заспанным и лохматым с утра, лучше узнаешь его отрицательные стороны и запоминаешь, сколько ложек сахара он кладет себе в чай и какую еду не любит, — только тогда можно трезво судить о чувствах. Ну, как можно говорить о любви, когда ты видишь только одну его сторону? Откуда тебе знать, что он — наглаженный и приятно пахнущий, — не ходит дома в рваных носках и штопаной майке? Ты не видишь, как он просыпается по утрам; не знаешь, как в спешке собирается на работу или учебу, опаздывая, одновременно надевая штаны и жуя бутерброд; не знаешь, какого цвета его зубная щетка и что нарисовано на его бокале. Может, при более тесном общении тебя оттолкнет его образ жизни или интерьер комнаты. Может, ты не захочешь ладить с его мамой или котом. Мы влюбляемся в оболочку, и это глупо отрицать. За время общения мы лучше узнаем человека, а после свадьбы начинаем с ним жить, и тогда узнаем полностью. Так вот, если со всеми котами, зубными щетками, лохматыми волосами, бутербродами и штопаными майками он по-прежнему остается для тебя идеальным — ты его любишь; если принимаешь его отрицательные стороны и не пытаешься сшить из него ручную куклу — ты его любишь; если тебе хочется облегчить ему жизнь, родить от него детей, готовить его любимые блюда, стирать и гладить его одежду, и, главное, не смотреть по сторонам в поисках лучшего варианта — ты его любишь. Как бы ни хотела, понимание всего этого не придет к тебе в юном возрасте. Ты можешь влюбиться до потери сознания, наделать глупостей, о которых потом всю жизнь будешь жалеть, но полюбить кого-либо сможешь только тогда, когда он станет твоим мужем. Полюбить или возненавидеть, — там как карта ляжет. Поэтому советую не торопиться с замужеством. С кем бы ни встречалась, узнай его достаточно хорошо прежде, чем надеть свадебное платье».
Аня часто вспоминает слова сестры. Та не раз признавалась, что влюбилась в Армина сразу, но полюбила его по-настоящему уже в браке. Связь связью, но на любовь она не влияет. Можно всю жизнь к кому-то тянуться, при этом будучи замужем за другим. Случается и такое, что связанные судьбой не могут полюбить друг друга. Им всю жизнь будет чего-то недоставать, но они так и не поймут, чего именно. Связь возникает при первом визуальном контакте. Как правило, потенциальные супруги тогда еще даже не знакомы. Кто знает, в какое русло повернут их жизни? Никто, даже они сами. Может, гибель, может, долгосрочное расставание воспрепятствует браку. И всё — связь есть, но любви нет. К слову, смерть одного из супругов не рвет даже волокна нити, связавшей его с другим. Поэтому вдовы и вдовцы не освобождаются от своих блаженных пут.