— Что? — почти шепотом спросил он.
— «Все осужденные и их родственники плачут в этом зале. Если бы мы внимали мольбам, законы потеряли бы смысл».
Сердце у Хорраса сжалось. С одной стороны, Армин был прав, но, с другой... Хоррасу никогда не доводилось быть ответчиком на суде Совета. Его взгляд всегда был однобоким.
— Он расправлялся с магами лично. — Голос Айше звучал страшно — тихо, низко, с хрипотцой. — Ему доставляло удовольствие смотреть на наши мучения. Как только вынес приговор, Армин подошел к Джихангиру, а потом посмотрел на меня — равнодушно и холодно. И сказал: мол, смотри, что бывает с теми, кто смеет посягать на жизнь моих подданных. И прямо на моих глазах обратил Джихангира...
Не сумев больше сдерживать слезы, Айше расплакалась. И тогда Хоррас, плюнув на приличия, обнял ее и крепко прижал к себе. Девушка отчаянно рыдала ему в грудь, и он ронял слезы вместе с ней.
— Я сидела там, на полу, беспомощная, и наблюдала, как умирает мой брат, — продолжила рассказ Айше, немного успокоившись и в смущении отстранившись от Хорраса. — Он мучился, корчился от боли; его долго рвало кровью, а этот мерзавец стоял и равнодушно смотрел на происходящее. Когда Джихангир перестал дышать, во мне что-то сломалось. Я вдруг поняла, что больше не хочу жить, и потеряла остатки страха. И контроль. — Она втянула носом воздух и посмотрела на Хорраса. — Я освободила всю силу, которая во мне была, и обрушила ее на убийцу брата. Мне даже удалось сбить его с ног, и я обрадовалась, предчувствуя возмездие. Но потом... — она поникла и отвела взгляд, — за него заступился проклятый Эдмунд. Выступил против меня — представительницы своего же вида, — и обездвижил мощной магией. А Армин разозлился, да так, что я снова начала его бояться. Он одним взглядом испепелил Джихангира, а потом схватил меня за горло и сказал, что я пожалею о том, что сделала. И заставил пить свою кровь. — Она всхлипнула. — Я сопротивлялась, но силы были неравны. На нас смотрело около двадцати человек, но никто даже словом за меня не заступился. Напоив меня кровью, демон сломал мне шею. Очнулась я на каком-то пустыре. Понятия не имела, где нахожусь, но знала, что точно не на острове Дарк. Придя в себя, я поняла, что меня выбросили, как мусор.
— Почему ты выжила? — задал Хоррас вопрос, который интересовал его с ночи знакомства с Айше. — Ведь все маги и ведьмы умирали, будучи обращенными Армином.
— Не знаю. — Айше пожала плечами. — Сначала меня корчило и рвало, как Джихангира. Я даже сознание потеряла от боли. Перед этим еще подумала, что умираю. Но потом снова пришла в себя. Осознала, что стала вампиром, и это разорвало мне сердце. Я не могла понять, почему осталась в живых. Знала ведь, что кровь Армина убивает таких, как я. Сама видела, как умер брат... Но потом я решила, что таким образом Аллах дал мне шанс восстановить справедливость и расправиться с монстром. Я понимала, что у меня будет только один шанс, поэтому не спешила мстить. Набиралась сил. На это ушли долгие годы, но теперь я готова. Однажды я узнала, что ты вернулся из Ада и живешь здесь. Поэтому и приехала сюда. Хотела, чтобы ты помог мне выйти на Армина. Поможешь?
Хоррас смотрел в ее глаза с печалью и обреченностью.
— Айше... — тихо произнес он, — я понимаю твою боль. Когда-то я сам ненавидел Армина и мечтал убить. Но у меня ничего не вышло. Не вышло даже тогда, когда я натравил на него половину Ада. На его стороне сама Риша — могущественнейшая ведьма всех времен. Но в вашей войне ее помощь не потребуется. Прислушайся ко мне, прошу: Армин сильнее тебя во сто крат. Ты хорошо владеешь магией, оружием и боевыми искусствами, но этого недостаточно, чтобы одолеть Идеала. Он — один из верховных демонов; ему и стараться не придется, чтобы стереть тебя в порошок. А я не хочу твоей смерти.
— Я не умру! — упрямо заявила Айше. — Устрой мне встречу с ним, и увидишь, что ошибся.
— Ему не придется этого делать, — прозвучал голос за спинами обоих, и Хоррас с Айше резко повернулись. — Я здесь. Действуй.
С лица Хорраса сошли все краски, и он стал еще бледнее, чем обычно. Побледнела и Айше. В ее глазах еще не высохли слезы, но они постепенно наполнялись яростью и решительностью.
Армин Делацеро стоял прямо перед ней. Их разделяло несколько шагов.