Армин глянул наверх. Унылый круг, зовущийся луной, смотрел на него с черного неба. Только Армину в этом мире было известно, что луна — это не «большой огонек в небе», как именовали ее соплеменники, а целая планета, отражающая свет солнца. Благодаря этому ее хорошо видно ночью, и нет в этом никакого волшебства. А люди выдумали целую историю, и не одну. Только в племени Ягод история у каждого своя. Шаман был убежден, что «огоньки в небе» создала Старая Мать, дабы они освещали путь заблудшим. Вождь на людях с ним соглашался, но сам думал, что за небом есть другой, очень большой мир, и земля его — дырявая. Когда здесь наступает время тьмы, то там — время света. Этот свет просачивается сквозь дыры в земле, а люди этого мира его видят. Лотт и Лам считали, что звезды — это глаза мертвых соплеменников, которые улетели на небо и наблюдают теперь за ними свысока. А луна в свою очередь — горящая палка, которой они освещают себе дорогу.
Со временем люди узнают правду, но пока лишь задумчивый демон, глядя на небо, размышлял о том, как же удивительна природа.
.
Сегодня он думал, что умрет. Падая с высокого обрыва, Армин впервые задал себе вопрос: бессмертен ли он в мире людей? В Аду ему не приходила в голову эта мысль. Место, где его создали, являлось обителью Смерти, но никто там не умирал окончательно — ни демоны, ни грешники. А здесь у всего живого есть срок. Что, если, попав сюда, Армин утратил бессмертие?
Внизу, на земле лежали огромные камни. Много камней, сваленных в кучу, протянувшуюся по длине обрыва. Скорее всего, там когда-то случился обвал. Глядя на стремительно приближающиеся камни, Армин гадал, сумеет ли он выжить после того, как его тело расплющит по ним. Высота была неимоверной. Человек бы ни за что не выжил. Как и животное. В полете Армин успел рассмотреть несколько гниющих тушек на камнях и среди них, а также несколько звериных скелетов. Должно быть, обрыв появился давно, и некоторые рассеянные животные успели с него упасть и разложиться. А, может, их кости обглодали другие звери — невдалеке находился другой лес.
До конца оставались считанные мгновения. Армину хотелось зажмуриться, но он этого не сделал. Ему не привыкать к боли. В Аду он проходил через такое, по сравнению с чем падение на камни покажется сущей глупостью, недостойной внимания.
И все же ему было страшно.
Вдруг, в один миг что-то изменилось. Тело Армина во всех местах пронзила боль, но это произошло раньше, чем он столкнулся с камнями. Кости затрещали, голова закружилась, дыхание оборвалось, взор затуманила плотная черная дымка. Было похоже, словно на него упал один из этих валунов и раздавил под собой. От невероятной боли на глазах Армина выступили слезы. Ему казалось, что это длилось целую вечность, хотя на самом деле два или три мгновения.
За миг до падения на острый камень Армин взмахнул руками и... взлетел. Он не сразу понял, что случилось. Когда боль прошла и взгляд прояснился, демон обнаружил, что его тело стало во много раз легче, а руки превратились в крылья. Теперь он весь был покрыт черными перьями.
Только взлетев над макушками деревьев, что сгрудились перед обрывом, Армин понял: он каким-то образом превратился в птицу. Если точнее — в черного сокола.
Изумленный демон еще раз взмахнул крыльями. Ощущение было чуждым, но невероятно приятным. Расправив крылья, он воспарил над лесом, поймав поток воздуха. Отец говорил, что многие демоны умеют менять облик, превращаясь в людей или животных, но Армин не знал, что такая возможность дарована и ему. Дьявол ничего об этом не сказал.
Опустившись на маленькую поляну, Армин пожелал вернуть прежнее обличие, и тут же вернулась боль. Сокола окутала черная дымка, и через миг на его месте появился мужчина. Не устояв на ногах, Армин упал на землю, но сразу вскочил и начал бегло осматривать себя: ни единой царапины, ни единого перелома. И ни единого пера. С трудом веря в то, что недавно произошло, Армин побрел назад, в поселение. До самой ночи случившееся не выходило у него из головы.
Когда все улеглись, Армин попытался снова повторить превращение, но, сколько ни старался, у него ничего не вышло. Похоже, он еще недостаточно созрел, чтобы управлять этой способностью.
Или отец обратил его в сокола, чтобы спасти от смерти.
Это — еще одна причина сомневаться, что в этом мире Армин полностью неуязвим.
.
Мысли вернулись к душе. Слишком часто он стал о ней думать. Слишком часто стал переживать. В Аду Армин подвергался страшным мучениям, но воспринимал их как необходимость. В моменты отдыха гулял, наслаждался криками грешников и думал лишь об одном: о миссии, которую ему предстоит выполнить в чужом мире.