Я снова провалился в этот омут, зная, что каждый мой шаг увеличивает тяжесть предательства, которое мне предстоит совершить. Но в этот момент мне было абсолютно наплевать. Она хотела меня. И это было единственным абсолютом, единственной правдой, которая имела значение в этом проклятом мире.
— Мы вам не мешаем? — послышался холодный, стальной тон Агнии рядом, и этот звук был резким, как пощечина, мгновенно разрушая хрупкую, горячую иллюзию, в которой мы только что были заперты.
Лана резко отпустила меня из своего захвата, часто, сбивчиво дышала, но куда же без фирменных покраснений. Ее лицо и шея стали цвета спелой клубники, почти бордовыми от смущения и внезапного вторжения. Это было чертовски сексуально, но ситуация была напряженной.
— Нет. — ответила она, голос ее был еще немного хриплым от поцелуя.
— Прекрасно. — отрезала Агния, ее тональность не содержала ни капли прекрасного. — Тогда надо заканчивать кино-марафон. Скоро Юра приедет за мной. Мы отвезем Лялю к Игнату.
— А не поздно ли? — спросила Лана, устремляя взгляд на сестру, и в ее голосе впервые за вечер прозвучала настоящая, взрослая тревога, отвлекая ее от собственного смущения.
— Ланушка, тут такое дело... — ее сестра замялась, нервно теребя край своего платья. — Мы хотим с Игнатом начать вместе...
— Что? Ляля, тебе только шестнадцать. — Лана резко выпрямилась, напомнила она, и теперь в ее голосе была явная паника, тревога за младшую.
— Я знаю, знаю. Тебе надо свое личное пространство, мы не сейчас, конечно, планируем съехаться, а там через полгодика... — Ляля бормотала, не смея смотреть ей в глаза.
— Когда ты успела вырасти, Ляля? — спросила Лана, и в этом вопросе была горечь потери.
Блондинка пожала плечами, отводя глаза. Я мгновенно просек ситуацию: я знал, что у Ланы кроме этой мелкой больше никого не было — только она и ее подруга — а у мелкой никого кроме Ланы. Они держались друг за друга. И сейчас эта хрупкая система давала трещину.
— Лан, пожалуйста, не обижайся, на нас, но мы действительно не очень относимся к Зароцкому. — Агния решила сменить тему и уже пошла в лоб, не оставляя места для маневров. Она откровенно напала, пытаясь отвлечь Лану от сестры.
Лана встала, выпрямилась, и к моему полному удивлению и облегчению, подошла к Агнии. Обняла ее. Этот жест был абсолютно неожиданным.
— Агнешка, ты такая стерва, но я тебя люблю. — сказала рыжая, и в ее голосе вновь появилась нежность, стирая все сомнения.
— Просто если он тебя обидит... — Агния отстранилась, усмехнулась, но ее глаза были абсолютно серьезны, — я буду первая, кто его яйца подвесит. Прямо вот так... к люстре подвешу и буду ждать, пока сгниет.
Она усмехалась, смотря при этом прямо на меня, бросая вызов и открытую угрозу. Ох, плохи мои дела. Угроза была реальной. Я понял, что моя ставка выросла: теперь на кону была не только тысяча баксов и моя репутация, но и мои, в буквальном смысле, яйца.
Глава 15. Только ты
«Мурашки пробегут по коже
Когда на небе станет больше звёзд
Я знаю, хочешь — да, я тоже»
Homie - Обещай.
Дверь закрылась за Агнией и Лялей, запечатывая нас в этой квартире, погруженной в тяжелую, виноватую тишину. Ушла вся ее защита, и теперь мы были один на один с нашим неизбежным искушением. Я сам собирался уходить, следуя необходимому протоколу приличия и пытаясь сохранить хотя бы видимость контроля, хотя ужасно не хотелось оставлять стрелку одну после всего этого бреда.
Я вышел в коридор, собирался взять куртку, и уже потянулся к вешалке, но теплое, мягкое прикосновение руки на моем плече мгновенно остановило меня, словно электрический разряд. Я замер, понимая, что это точка невозврата.
— Что случилось, рыжуля? — спросил я, пытаясь сохранить в голосе ленивую усмешку, которая была настолько же фальшивой, как и моя уверенность.
Она закусила губу, этот привычный жест нервозности, но яркий румянец, разлившийся по ее щекам и даже перешедший на шею, выдавал все ее желание, весь ее внутренний пожар.
— Ты можешь не уходить? — спросила она, голос ее был еле слышным, как шепот в тумане. И в этом простом вопросе была такая сила, которая свергла бы любого короля.
— Боишься всяких монстров? — усмехался я, проверяя ее, хотя я знал, что монстр сейчас стоял прямо перед ней.
— Нет. Просто... — Она запнулась, не в силах выразить словами этот внезапный, подавляющий голод.