- Ну ты же помнишь, про узловые точки…
- Ладно, поняла, хватит нудеть! Я в душ, и спать. Долго не работай, приходи ко мне, иначе не усну!
- Ладно, моя Госпожа!
-Деви…
Настроение итак было не очень, а сейчас упало еще на несколько пунктов. И, даже моясь, я не могла не вспоминать начало этого всего дурдома. Как однажды вечером мой мир рухнул:
Мир семь три два три. Первое июня две тысяча девятнадцатого года. Город N. Морг центральной городской больницы. Девять утра. Я Александра Вячеславовна Васильева, одна тысяча девятьсот восемьдесят второго года рождения, пришла с мамой, на похороны кузена. Тётка была на костылях. Атмосфера давила. Были еще родственники, друзья и сослуживцы Вадима. Мы ждали нашей очереди, что бы забрать тело и ехать в крематорий. Поскольку усопший был атеистом, в церковь заезжать было не надо. Да, трагично, тяжко, скучно я проводила этот день.
Как вдруг в груди кольнуло, а в глазах резко потемнело. Как будто из далека почувствовала, что меня кто-то тянет, прямо за позвоночник, за ребра, и рвёт. Прямо жилы внутри меня разрываются, но безумно странно, дико, и не больно, а как-то горько…
Дальше я открываю глаза у себя в комнате, которая до восемнадцати лет, звалась в нашем доме не иначе, как детская. Легко поднимаюсь на ноги, бегу в руки открытую книгу, вчитываюсь. Всё верно, мои записи от тысяча девятьсот девяносто восьмого года. (А позже я их выкинула). И запись от седьмого июля, в мой день рождения, о том, что Тимка не поздравил, а я так ждала, надеялась, и сильно расстроена. Всё в комнате соответсвтует дате, и украшения, и шары, и обертки от подарков, оставленные мной на диване, и слезы на щеках. И небрежно брошенная ручка. Вот только что писала, и отвлеклась.
Но я знаю, что мне уже давно не шестнадцать, а в зеркале отражается моя «мелкая» версия, ещё с брекетами, милое девичьи личико усыпано подростковыми прыщами, грудь в самом соку, но и попа больше. Приветик, лишние килограммы, вы снова со мной!
Посредине комнаты открывается сверкающий портал. Оттуда высовывается мужская волосатая рука, хватает, и дергает на себя. Я лечу, словно в воронку.
Когда прихожу в себя, обнаруживаю, что нахожусь в лаборатории, позади конструкция, как из фантастических фильмов, напоминающая криокамеру. Напротив стоит мужчина всех моих грёз. Но дневник я не выпустила из рук, а он суёт еще один, похожий, и рявкает:
-Прочти!
Хлопаю глазами, открываю, и вчитываюсь в написанное: «Мир двести тринадцать. Седьмое июля две тысяча девятнадцатого года. Объединенное Американско- Российское королевство. Город Манхеттен. Улица Ильи Пророка, владение три. Лаборатория. Шестнадцать часов, пятнадцать минут, тридцать секунд. Александра Вячеславовна Васильева, шестнадцати лет, прибыла. Получила мои записи. Смотри нижеследующее.
Ты в другом мире, параллельном. Я тоже Александра Вячеславовна Васильева, только, рожденная в этом мире. ТЫ ЧИТАЕШЬ ЭТУ ЗАПИСЬ, ПОТОМУ ЧТО Я МЕРТВА.
И это не первое перемещение тебя в этот мир. Среди трех тысяч двадцати шести, не было ни одного, которое могло бы вернуть меня к жизни, а тебя оставить в твоём времени во взрослом теле. Годы твоей жизни с седьмого июля две тысяча девятнадцатого года по первое июня две тысяча девятнадцатого года, а точнее по настоящий день в этом мире (седьмое июля этого же года) безвозвратно стёрты из реальности. Прости. Прежде, чем ты решишь переместиться во времени ко мне, и высказать все претензии и истерики в моё гадское лицо, подумай почему мы выдернули тебя именно в твой шестнадцатый день рождения!?
Все предыдущие попытки выдергивали тебя позже, но проблемы это не решило. И если ты решишь ещё раз попробовать вернуться в свой мир, следующий раз мы сможем вернуть тебя сюда только девочкой. (Там был один узловой момент в твоей жизни). А после перемещение в этот мир ты больше не вырастешь не на день, то учитывая всё сказанное выше, хочешь ли ты остаться ребенком на всю оставшуюся очень долгую жизнь?
Читая дальше, ты почувствуешь укол в шею, это мой робот делает тебе инъекцию всех моих разработок в сфере науки. Теперь внутри тебя есть машина времени, мобильный госпиталь, обширная виртуальная база данных по всем мирам и моим работам. Всё это теперь часть тебя, и никто не сможет украсть «моё достояние». Помни, даже робот всего лишь инструмент, что бы ты нашла предателя, и отомстила за мою смерть. Сейчас произнеси вслух «Ти Би единица ноль ноль единица единица Оби». У робота сотрется некоторая информация, и с этой минуты он перейдет во вторую стадию своей работы. Уничтожит капсулу, и будет выполнять твои указания, а не мои.
Помни о времени, и страшись стать ребенком, всего одна ошибка может стать для тебя фатальной!»