— Ну, избыточным весом, я так погляжу, ни ты, ни Лера не страдаете, так что облепиха с ромашкой не про вас. Это больше мне подходит. Облепиха с крапивой полезна всем, но энергии у вас и так хоть отбавляй. Успокаивающего предлагать тоже не намерена, разве что сами попросите. А вот иван-чаем, пожалуй, угощу, правда, прошлогоднего сбора, новый только в сентябре буду собирать. Слышите запах? — в ответ мы с Валерией Викторовной одновременно и интенсивно закивали головами. — Вот он и есть, его запах. Весь год благоухает. По составу — великолепный. А еще, это «мужская трава», хотя в вашем возрасте, Александр, это ни к чему. Я вам бутоны заварю, их и смешивать можно. Что любишь? Смородину, малину или землянику?
Я выбрал землянику, Лера Викторовна малину. Пили с медом, без сахара. Было очень вкусно. К окончанию нашего чаепития я знал об иван-чае практически все: и свойства, и как растет, и когда собирают, и как обрабатывают. Как оказалось, это настоящее искусство. Собирают его определенным образом, в определенные периоды и стадии цветения, сушат несколько раз, растирают, обдают кипятком, после чего сушат в печи и снова перетирают. В ход идут и листья, и цветы, и нераспустившиеся бутоны. Из предложенных нам нераспустившихся бутонов выходит самый нежный напиток. Я готов был долго еще сидеть вот так, с Валерией Викторовной, пить чай и слушать увлекательный рассказ Лидии Михайловны, но ничего не поделаешь, нужно было идти. Хозяйка дома не собиралась отпускать нас без гостинцев. Валерия Викторовна благодарила и, как могла, сопротивлялась, но пару банок с повидлом и ореховым вареньем для любимой Лерочки все же очутились у меня в руках.
Мы сели в машину. Люся спала, прислонив голову к стеклу, Евгений курил и листал дорожный атлас. То, что он зол, было видно невооруженным глазом. Я посмотрел на часы, мы действительно задержались, выходило, что мы пробыли в доме целый час. Евгений выкинул сигарету в окно, вернул атлас на место, в бардачок, и повернул ключ зажигания. Проснулась Люся.