Я же, убедившись, что все принялись за еду, дожарила последние оладьи и налив себе кофе пошла за стол.
Лев тут же приподнялся, желая уступит мне место, но я лишь покачала головой:
– У нас есть ещё стулья, мы не такие бедные, как могли показаться на первый взгляд.
А еще беднее, – мысленно добавил я, вспомнив, что детские пособия мне уже не выплачивают, а деньги за свою работу в качестве анимационной игрушки я потеряла. Тем не менее, мужчина мне обещал выплатить за вчерашнюю работу, так что с голоду не умрем, а может даже останемся в плюсе.
– Я так не думал, – сдержанно произнёс Лев, присаживаясь на свое место, а у самого кончики ушей предательски окрасились в красный.
Заострять внимание на них я не стала, а спокойно зайдя в спальню, вытащила стул, предварительно убрав сложённые на них вещи, которые я уже несколько дней попытаюсь погладить, но руки никак не дойдут, и понесла на кухню.
Около самого входа, ко мне тут же поспешил Лев и переняв стул, донёс его до стола.
Я не стала спорить или доказывать, что я сама в состоянии позаботиться о своём комфорте и позволила мужчине быть мужчиной.
Сказав спасибо, села за стол и принялась вместе с мужчиной уплетать оладьи. Однако, если я надеялась, что моя милая дочка наговорилась с новым знакомым и будет тишина, то я ошибалась. Надолго мою малышку не хватило. Прошло не больше пяти минут, как я села за стол, как начались новые вопросы.
– Лев, – начала малышка, и я тут же ее поправила
– Милая, ко взрослому надо обращаться дядя Лев.
– Мам, – тут же ее лоб нахмурился, – но так совсем не звучит!
– Ягодка права, совсем не звучит, – поддержал ее тот самый «дядя» и подмигнул.
Они что, заодно? Разве можно так быстро перейти на сторону мужчины? Может у него энергетика такая? Меня уговорил ему помочь, потом разжалобил и оказался у меня дома, и вот, не успела отвернуться уже моя дочь у него в друзьях. Того и гляди, влюблюсь в этого мужчину, – сыронизировала я, откусывая смачный кусок от оладьи.
– Лев, а вы женаты? – наивно захлопала моя принцесса глазами, а я от неожиданности поперхнулась.
Пока я кашляя соображала, как мне приструнить дочь, мужчина налил мне стакан воды и заботливо постучал между лопаток. Я с благодарностью кивнула, жадно делая глоток.
– Вика, – наконец, прокряхтела я, – разве такое может спрашивать у взрослого человека?
– Ничего, ничего, в этом нет секрета. Я не женат.
– А сколько вам лет?
Что за допрос? – моему возмущению не было предела, хотя самой было любопытно узнать ответы на них.
– Тридцать пять.
– А это больше, чем тлидцать?
Чтобы не сорваться и не поругать дочь прилюдно, я вновь поднесла ко рту стакан, делая глоток за глотком чистой воды. Кофе попал не в то горло и теперь все першило во рту.
– Да. А что? Выгляжу моложе? – мужчина забавлялся, это чувствовалось, однако мне было не до смеха, особенно после последующей фразы дочери.
– Нет. Просто бабушка сказала, что если мужчина не женат в тлидцать лет – значит он блакованный. Вот мой папа блакованный.
– Я вновь поперхнулась, да так что часть воды пролилась на стол и мои колени.
Вот теперь я точно готова была провалиться сквозь землю. Ну, мама! Разве можно такое ребёнку говорить!
– Вика!
– Что мамочка? – невинно обратилась ко мне моя дочь.
– Ты поела? Может пойдёшь в игрушки поиграешь?
– А оладушки? – чуть ли не плача перевела свой печальный взгляд на тарелку с выпечкой.
– Держи, доешь в своей комнате, – переложила пару штук в тарелку поменьше и передала ее дочери.
– А Салли?
– И Салли, – положила ещё одну оладушку, надеясь, что дочь больше ничего не спросит и пойдёт к себе в комнату.
– Спасибо мамочка. Лев, ты можешь тоже пойти со мной, я тебя познакомлю с Салли.
– Звучит очень интересно. Я доем и приду знакомиться.
– Холосо, – дочь пошла в свою комнату, гордо держа на вытянутых руках маленькую тарелку с оладушками, и я, наконец, решилась посмотреть в глаза мужчины.
– Извини, я совсем не ожидала, что Вика будет такое спрашивать. Она маленькая и очень много говорит. Мне иногда кажется, что внутри нее радио. Говорит и говорит и говорит…