Я кое-что упустила! Как же я могла не проверить! Эта идиотка Эмма, впуская последнего гостя, Макса, не заперла за ним входную дверь. Она не боялась угрозы извне. Угроза всё это время находилась внутри, жила с ними под одной крышей, спала в соседней комнате, ела за одним столом... и ждала своего часа.
Отец Анны стоял на нижней ступени лестницы, нагнувшись над телом, и руками пытался разорвать ленту. Знакомую ему ленту, из своего собственного дома. Не с первого раза, но ему это удалось, и бледная рука Берга безвольно упала на мрамор. Я так ушла в себя, что даже не заметила, что крики давно прекратились. Сейчас же монстр пытался выдавить из себя что-то. Искривлённый рот, снова и снова повторял имя.
Всё было кончено.
Глава 26
19 сентября 2010 год
Он, который раз спрашивал себя:
«Каково ему сейчас, в момент, когда всё рухнуло?»
Что за тревожное чувство засело где-то между лопатками? Боль? Но не та, что раздирает тело на части, что заставляет сердце биться быстрее, пульсирует, а ледяную кожу делает липкой от пота. Эта боль иная. Она была не от ран на его большом теле.
Или это страх? За дочь, которую он так и не смог найти, сколько не пытался. Она словно сквозь землю провалилась.
И мысли... Эти предательские мысли, подсовывающие ему варианты того, что могло произойти с его Тиной. Он так устал за эти дни! Устал, бояться! Боялся за свою малышку, которая так внезапно исчезла. Лишь один вопрос теперь терзал его:
«Где она?»
В тщетной попытке узнать хоть что-то, он объездил весь город вдоль и поперёк, но везде получал один ответ. Никто не видел его малышку. Невысокой, худой девушки с тёмными волосами и чёрными глазами не было ни в моргах, ни в полицейских участках, ни в больницах. Она испарилась! Куда теперь? Он сидел в своей машине, не зная, что предпринять дальше. Ехать домой, к сыну или продолжить поиски? Только вот где искать? Он перепробовал всё. Навязчивая мысль о мёртвой псине в багажнике, не давала покоя, вторгаясь в и без того не спокойные мысли. Кто сотворил с ней такое? И почему именно сейчас, когда его дочь исчезла? Он в который раз за последние два дня набрал номер её мобильного телефона, в надежде, что ему ответят. Но услышал лишь механический голос: «Абонент временно не доступен». И тогда он снова позвонил Максу, до конца верному его дочери! Последний раз, когда они общались, несколько часов назад, тот собирался поговорить с Дорой, подругой Тины. Теперь же он просто не брал трубку. Электронные часы на панели показывали 18:47. Придётся самому...
Дом утопал в зелени. Он медленно шёл по дорожке, озираясь по сторонам, мелкий гравий хрустел под его ногами. На всём первом этаже из зашторенных окон пробивался свет. Уже собираясь постучать, он услышал слабый стон, и его рука застыла в воздухе, так и не добравшись до цели. Его сковал страх! Наконец повернув ручку, отстранённо отметил, как она легко поддалась. И сделав один шаг, замер, не в силах поверить тому, что предстало его взору. «Что здесь произошло? Где его дочь?» — молотом бились мысли в голове.
Но ответить ему уже не могли. Он был бессилен что-либо изменить. Слишком поздно... самое страшное уже произошло. Вокруг лишь мертвецы! Только мужчина ещё продолжал цепляться за жизнь, словно за что-то ценное. Он отчётливо слышал его стон, его мольбу. Но в тот момент хотелось лишь одного, зажать ладонями уши, как делают маленькие дети, когда их что-то пугает, и не слышать всего этого. Но он не двигался, не шевелился, застыл, настолько его поразило увиденное. Трупы, повсюду одни трупы. И кровь.
Он вплотную приблизился к человеку на ступенях лестнице, осторожно перешагнув причину страшного увечья, и вдруг понял, что тот прикован к перилам. Не с первого раза, но ему удалось порвать ленту.
— Помогите, — шептал измученный болью мужчина.
— Кто это сделал?
Краем глаза он заметил движение слева.
— Дора… — был ему ответ.
В первый момент он подумал, что человек бредит. Подруга его дочери молча стояла в дверях и огромными от удивления глазами, смотрела на него.
— Вам лучше уйти, — её голос был спокоен, даже слишком, учитывая то, что здесь произошло. И тогда он всё понял!
— Это ты? — в ужасе выдохнул он.