— Её, правда, могли отравить?
Та слегка поморщилась, прежде чем ответить:
— Боюсь я вам на этот вопрос не смогу ответить. Из всего того, что произошло в тот день, самым не существенным, по мнению полиции, было обнаружение дохлой собаки в багажнике машины моего подзащитного. Решили: он окончательно съехал с катушек, раз возит с собой такое... Но никому не было до этого дела, поэтому проверять животное на токсины никто не стал. Да и с чего бы? Виновный задержан, преступление раскрыто. Дело передали в суд. Равиль Кан в те дни молчал, он и словом не обмолвился о том, что животное было отравлено. Да и к произошедшему, это, казалось, не имело никакого отношения. Это уже потом, когда я основательно взялась за это дело, выплыла эта досадная история про пропавшую дочь и про собаку. И всё в один день...
— Равиль вам что-нибудь говорил о том, где может быть его дочь Анна?
— Нет, — отрицательно покачала головой адвокат. — Только, если о прошлом, когда она ещё была рядом. Ну, знаете, какие-то воспоминания из её детства.
— Странно всё это, — обронила Лана, кое-чего так и не в силах понять. — Я на днях была у Доры Берг. Она тоже ничего не знает.
— Вы нашли её? — аккуратные брови женщины снова поползли вверх, собирая лоб морщинками.
Лана кивнула и тут же пояснила:
— Это оказалось не так уж и трудно. Она всё время проводит в больнице, около кровати больного сына.
Женщина изумлённо взглянула на свою собеседницу:
— Надо же! Значит, она с вами говорила? А вот мне с ней поговорить не удалось. Сразу после того, что произошло в доме её родителей, она всячески скрывала своё место пребывания. Я в то время пыталась с ней связаться, хотела прояснить кое-какие моменты, но она наотрез отказалась со мной беседовать, причём сообщила мне об этом не лично, а через своего адвоката. С тех пор я больше о ней не слышала. Не считая её писательских успехов, конечно. Видимо, время повлияло на её решение... — задумчиво добавила женщина, — или то, что вы были с ней знакомы ранее...
— Возможно, — согласилась девушка.
— И что же вам нового рассказала эта особа?
— Для меня стало неожиданностью, что она описывает Анну несколько иначе, чем её помню я, — поделилась своими сомнениями Лана, — словно это совсем другой человек. Я уже не знаю, чему верить, то ли полагаться на свою память, то ли прислушаться и составить новое мнение о девушке, которая много лет назад исчезла так внезапно. Мне кажется, — нахмурившись, продолжала она, — что-то в рассказе Доры не вяжется. Эта её навязчивая идея, что отношения между Анной и тем парнем Максом, были лишь прикрытием. Но с другой стороны, ведь у неё есть сын от этого человека.
— Сын от того убитого парня? — адвокат была удивлена вновь открывшимся фактам.
— Да.
— Признаюсь, с этой девицей мне тоже многое не ясно, — недовольно проворчала женщина, барабаня пальцами по столу. — Я как-то на досуге прочла её творение. Мне, как адвокату, весьма любопытно то, что она в таких подробностях смогла описать убийство своих близких, будто и не пряталась вовсе в подвале, а всё время подглядывала из-за угла. Я, конечно, не исключаю того, что возможно наша доблестная полиция, не чиста на руку и просто выдала ей все материалы дела. Деньги в нашем мире, как известно, творят чудеса. Уж я бы эту малышку и её издательство припёрла к стенке, будь моя воля, — мечтательно закатила глаза женщина, улыбаясь своим мыслям. — Но мой подзащитный повёл себя, не вполне здравомысляще, категорически запретив мне что-либо предпринимать.
— Его сын говорит, что он ни слова не сказал о том, что произошло в тот день?
— Нем, как рыба, — подтвердила женщина, делая глоток кофе из маленькой чашки, которую поставил перед ней официант. — Прямо до бешенства меня доводил своим молчанием. Что я только не предпринимала: и угрозы, и лесть, и шантаж. Не сработало! Когда я только начала вести это дело, Равиль Кан производил впечатление, абсолютно потерянного человека. Он словно сам не мог поверить в то, что натворил. Помощи от него не было никакой, словно из него всю жизнь высосали. Лишили его чувства самосохранения. Из-за своего отношения к делу, этот человек был обречён с самого начала. Своим молчанием и нежеланием помочь мне, Кан с каждым днём закапывал себя всё глубже и глубже. И какого результата он в итоге добился? — вопрос был риторический. Лана поняла, что женщина до сих пор злиться на своего бывшего клиента, на саму себя. — Полной изоляции: свидания несколько раз в год, редкие прогулки на свежем воздухе, ни интернета, ни телефона. В общем, никакой связи с внешним миром.