— Значит это действительно ты? — спросил он, как только она вошла в его спальную и прикрыла за собой дверь.
Она видела, как он оценивающе разглядывает её, видела его кривую ухмылку на потном лице. Его взгляд стал иным. Прошла злость. Теперь только любопытство. Он думал, что сидящая перед ним девушка не опасна. Что раз она не причинила ему вреда тогда, не решиться на что-то такое и сейчас. Как же он заблуждался!
Этот мужчина был ей отвратителен. Весь вечер, что она провела в том баре в его компании, ей хотелось только одного. Убежать! Но от прошлого не убежишь, сколько не пытайся. Оно найдёт тебя повсюду. Отыщет, напомнит о себе и снова завладеет безраздельно, правя в твоей жизни, словно дирижёр своим оркестром состоящего из одного единственного музыканта, лишая выбора, делая тебя зависимой. Как бы не изменилось всё с тех пор, ей всюду мерещилось то мгновенье прошлого, перечеркнувшее её жизнь. Страх преследовал повсюду, был её спутником и днём и ночью, заставлял замирать, едва она видела в толпе вроде бы знакомый силуэт. Хотя и знала в глубине души, что это не он, что она убежала слишком далеко, чтобы столкнуться с ним снова. Но это не проходило, не отпускало её. И в один прекрасный день решила, что с неё хватит! Либо она вырвет с корнем своё прошлое, либо прошлое уничтожит её.
И вот она сидит здесь...
— И зачем же ты вернулась? — спросил он.
— Я уже сказала: хочу, чтобы ты перестал существовать, перестал отравлять своим присутствием этот мир. Я хочу, чтобы ты сдох! — её голос дрожал. И он это тоже слышал. Был уверен, что её угрозы всего лишь блеф. Что она не осмелиться на нечто подобное. Только не она. Он был слишком расслаблен для человека, жизнь которого висит на волоске. Он знал, что она струсит, как это было уже давно. Но он не знал одного! Не знал, ради чего она здесь. Что стало причиной её возвращения! Он не знал одной простой истины. Ради любви она решила убить человека. Ради того, чтобы начать жизнь с чистого листа, она готова уничтожить прошлое, что цепями удерживало её.
Она протянула руку к своей сумочке, в которой лежала полупустая бутылка текилы с быстродействующим снотворным и достала длинный шприц и пустой пузырёк. Мужчина, заметив, что она держит в руках, снова начал метаться по кровати. Он выкрикивал слова проклятья в её адрес, запугивал нечеловеческими муками, что ожидают её, стоит ему только освободиться. Она сидел молча, ожидая пока его силы иссякнут и он успокоится. Все, рано или поздно перестают бороться. Она это знала, как никто другой. Как перестала бороться она, когда он затащил её в этот дом, в эту комнату, на эту кровать...
— Знаешь что это?
Он мотнул головой.
— Это инсулин! — пояснила она, приподняв руку и наблюдая, как прозрачная одинокая капля скользит по стенке пустого сосуда. Видел это и он. — Надеюсь, тебе не нужно объяснять, для чего используют это лекарство.
Он, как заворожённый следил за её руками. И она, довольная произведённым эффектом, страхом, заплескавшимся в его светлых глазах, разделяя каждое слово продолжила: — Инсулин жизненно необходим людям, страдающим диабетом. Надеюсь, объяснять, что такое диабет тебе не нужно? — она приподняла одну бровь. — Без этого диабетики не могут обойтись ни дня. Но для здорового человека один такой шприц подобен яду, медленно отравляющему организм, лишающему его способности нормально функционировать. Один такой укол и абсолютно здоровый до этого человек, угасает. К счастью для меня и, к сожалению, для тебя, он действует слишком медленно. Ты будешь умирать несколько часов, и всё это время я буду рядом. Буду наблюдать, как ты корчишься в муках. Я слышала, что это страшная смерть! Сначала у тебя заболит голова, ты будешь потеть, некоторое время спустя появиться дрожь в мышцах, — перечисляла она симптомы. — Затем ты почувствуешь голод и тошноту. Станешь настолько слаб, что даже не сможешь подняться с этой кровати без посторонней помощи. И если не повысить твой уровень глюкозы в крови, ты впадёшь в кому. Конечно, насколько быстро будет протекать этот процесс, зависит от многих факторов. Например: какая доза была введена, или какая у человека масса тела. То есть, какова масса твоего тела. — Она брезгливо оглядела его и поморщилась. — Судя по тому, что я вижу, ты не отказываешь себе в удовольствии поесть. А значит, одной дозы будет недостаточно для того, чтобы отправить тебя к праотцам. Но даже от одной дозы инсулина, абсолютно здоровый человек, выведенный из гликемической комы, может прожить всю оставшуюся жизнь «овощем». Неприятно, правда? Чувствовать абсолютно всё и не быть в состоянии самостоятельно поднести ложку ко рту. Не говоря уже о куче всего остального... И так долгие годы. Лучше уж смерть! Ты не находишь? Вот на такой случай я и прихватила с собой ещё одну дозу и ещё одну...