— Такая травма. Вряд ли, что он добился значительного успеха в допросе, если в этом была его цель. Он, видимо, и сам это понял, потому что сорвал с его руки ленту перед вторым выстрелом.
— А откуда полиция узнала о произошедшем?
— Им позвонила соседка. Она услышала громкие хлопки, как она позже сообщила, которые сначала приняла за праздничный фейерверк. Женщина знала, что у соседской дочери день рождения. Позвонила уже тогда, когда услышала седьмой выстрел. Полиция приехала через десять минут.
— Откуда она знает, что именно седьмой?
— Она считала. Думала, что их будет девятнадцать. Я имею в виду залпов.
— А остальные соседи?
— От остальных толку было мало. Воскресный день. Кто на даче, кто на отдыхе.
— Если бы эта женщина не медлила, могли бы остановить его раньше. Может, удалось бы спасти несколько жизней и раньше помочь Доре. — закончила Лана.
— Кстати о девушке. Судя по тому, что я о ней узнала и от вас в том числе, она относится к типу холериков. Она энергичная, целеустремлённая — это определённо её положительные качества. Из отрицательных могу выделить такие, как агрессия, которую мы обсуждали ранее, вспыльчивость. Такой человек всё время должен быть чем-то занят, иначе он может эти свои отрицательные качества, направить не в то русло. Одиночество, отсутствие друзей, неумение общаться со сверстниками, раскованное сексуальное поведение. В психологии есть такое понятие, как «процесс виктимизации». Он включает в себя несколько этапов. Начальный — это взаимодействие между жертвой и преступником непосредственно в процессе совершения преступления. Второй этап — это реакция жертвы. И третий — последующее взаимодействие с другими людьми. По сути, это постепенное превращение человека в жертву.
— Думаете это, как раз про Дору? — с сомнением спросила Лана.
Женщина отрицательно покачала головой и произнесла:
— Вы не поняли меня, Лана. Я говорю не о стрелке и его жертве. Здесь другое... Судя по тому, что я услышала от вас и тому интервью, я практически уверена, что Дора Берг в прошлом подверглась сексуальному насилию.
Глава 12
24 мая 2017 год
Лана поднималась по тёмному лестничному пролёту, освещая себе путь телефонным фонариком, когда услышала приглушённую трель и была крайне удивлена, когда поняла, что звук исходит из её квартиры. Торопливо отперев ключом входную дверь и захлопнув её ногой, девушка с насторожённостью взглянула на аппарат, который никак не замолкал. Руки её были заняты огромным бумажным пакетом из ближайшего супермаркета. Еда на пару недель. Поставив свой груз на кухонную столешницу, она, наконец, сняла трубку.
— Слушаю?
— Какого чёрта у вас опять не работает мобильный? — проворчал Новак на том конце провода. — Я третий час пытаюсь до вас дозвониться и всё бес толку.
Лана выдохнула с облегчением, услышав голос старика. Зажав трубку между ухом и плечом, девушка открыла свою необъятную сумку, в которой вечно что-то терялось и, порывшись, вынула гаджет — никаких признаков жизни.
— Батарея села, — сказала она в оправдание и поняла, что сейчас разразиться буря. — В прошлый раз ваш выключенный мобильный ни к чему хорошему не привёл, если мне не изменяет память. Что я должен был думать на этот раз, Берсон?
— Что всего лишь разрядилась батарея. Кстати, откуда вы узнали этот номер? — попыталась сменить тему разговора. Она не давала номер своего домашнего телефона бывшему полицейскому, такое бы она запомнила. Она вообще никому его не давала. Все вопросы касательно квартиры: счета за электричества, коммунальная плата и прочее, переадресовывалось на место жительства хозяйки квартиры, которую уже несколько лет арендовала Лана.
— У меня свои методы, — пробурчал тот. Но её такой ответ не устраивал, она спрашивала не из праздного любопытства. Девушка поняла, что раз Новак смог выяснить, где она живёт и какой номер телефона в её съёмной квартире, то это сможет узнать и кто-то другой... Лана почувствовала, как по позвоночнику пробежал неприятный холодок, отзываясь паническим толчком в затылке, ладони взмокли и зачесались. Такое с ней за последние шесть месяцев случалось довольно часто. Она время от времени ловила себя на мысли, что прислушивается к тишине в квартире и за её пределами, или вглядывается в лица прохожих. Она словно ждала неизбежного.
Будто прочитав её мысли, старик немного смягчился:
— Расслабьтесь, — успокоил он. — Если ты не бывший сотрудник полиции, эти сведения не получить. Хотя признаюсь, где вы живёте, я узнал ещё тогда, когда мы с вами последний раз виделись в больнице. Так сказать для собственного спокойствия. — Слегка прочистив горло, пояснил бывший следователь.