Солнце красным диском медленно катилось к закату, окрашивая всё в оранжевый. Возможно, это была лишь иллюзия, но даже воздух здесь казался прозрачнее, чище. Сразу же перед мысленным взором возник, одиноко стоящий дом бабушки среди вечнозелёной хвои. Там тоже дышалось легче. Всем! Туристам, которые из года в год приезжали полюбоваться на провинциальные красоты их маленького в несколько тысяч жителей городка, с его уютными улочками, вымощенными диким камнем, с недействующей шахтой - музеем с туннелями и сотнями экспонатов. Самым красивым местом, какое только видела за свои двадцать восемь лет девушка, было место, где она родилась и выросла. Но и там были свои чудовища! Не те, которых боятся дети: с когтями и клыками, ждущие своего часа, сидя под кроватями. Эти монстры были самыми обычными людьми, с невидимым человеческому взгляду изъяном, что мешал им жить как все. Они жаждали крови! И жертв! И Лана дол сих пор с содроганием вспоминала прошлое, безуспешно борясь с ночными кошмарами. И ни что уже не могло заглушить этих воспоминаний. Они словно въелись ей под кожу, проникая всё глубже и глубже, заставляя жить с этим. Да, в том месте, где она выросла, и правда дышалось легче. Но только не Лане! Она словно уже с самого детства чувствовала, что задыхается, словно что-то душит её, сдерживает. И с каждым прожитым годом, это ощущение становилось только сильнее. Тяжесть, что давила на неё была невыносимой. Девушка мечтала выбраться и в шестнадцать она, наконец, разорвала ту связь, что словно пуповина питала её страхи. И ни разу не пожалела о своём решении.
Чуть повернув голову, Лана заметила чёрную кожаную куртку, такого же цвета перчатки и шлем — неизменные атрибуты любителей скорости и свободы. Она никогда не понимала таких людей, что ради скорости и свободы были готовы рисковать жизнями. Лана успела подумать, что этот мужчина всё же имеет каплю здравого смысла, чтобы не закончить, как многие другие. И только в последний момент заметила длинный тёмный предмет в его руке, отразивший луч солнца от полированной, крашеной поверхности. Бита! Но среагировать уже не успела. Всё произошло слишком быстро. Доли секунды. Резкий взмах мужской руки, бита описывающая дугу в воздухе, и в ту же секунду обжигающий удар по лицу и боль. Липкая, вязкая. А затем онемение и красный туман, в мгновение застеливший всё перед глазами. Она почувствовала, как земля уплывает из-под ног, и она падает, обдирая локти. Сквозь звон в ушах слышала, как в дали постепенно смолкает звук двигателя, но в следующий момент её охватила волна паника. До неё донеслось, как противно взвизгнули тормоза и заскрипели резиновые покрышки по асфальту.
«Что он делает? — с ужасом подумала девушка. — Сколько метров между нами? Пятьдесят, сто или больше?»
Теперь двухколёсная машина работала на холостых оборотах, а её хозяин ждал. Замерев, выжидала и Лана, лёжа на земле в неудобной позе. Она прислушивалась. Как вдруг двигатель взревел, захлёбываясь и посылая машину вперёд. В ту же секунду девушка осознала, что это не конец! Тот, кто нанёс удар, не удовлетворён. Ему было мало! Этот человек, облачённый во всё чёрное, возвращается, чтобы закончить начатое. Добить свою жертву!
Опираясь дрожащими руками в нагретый солнцем асфальт, Лана с трудом встала на четвереньки. Тут же в ладони впились сотни мелких, острых камушков. Но ей было плевать на боль! Она вслушивалась, надеясь, что кто-нибудь в этот самый момент проедет мимо, хотя бы одна машина, но улавливала лишь один звук — оглушающий рёв приближающегося мотоцикла. Отсчёт пошёл на секунды.
Постепенно зрение начало возвращаться, и красная рябь сменилась мутной картинкой серого дорожного полотна и практически чёрных капель, падающих с её подбородка на асфальт и принимающих форму маленьких лужиц с идеально ровными краями. Её кровь! Лана стиснула зубы от дикой, раздирающей всё лицо боли. Она чувствовала, как по онемевшему подбородку и губам стекают тёплые струйки, ощущала металлический привкус во рту. Кровь заполнила почти весь рот и Лана сплюнула, освобождая место для глотка свежего воздуха. Что-то не так было с её носом — он не дышал. Девушка лишь слышала хлюпающий звук. А шум двигателя становился всё ближе. Она медленно подняла голову и огляделась. Нападающий был примерно в ста метрах, и он неумолимо направлял свою машину на неё. Как же раньше она не заметила, что ряды домов по обеим сторонам дороги, давно сменили высокий кустарник и редкие деревья. Вокруг не было ничего. Пустырь. Она словно на ладони. И совершенно одна. Её преследователь выбрал верную тактику: выждать пока жертва не покинет жилой массив и не окажется на пустынном отрезке дороги в полном одиночестве. Пятьдесят метров. Лана с трудом поднялась с дрожащих колен, с ужасом понимая, что её преследователь с каждой новой секундой неумолимо приближается и что второго такого удара ей уже не выдержать и метнулась в заросли. Она побежала. Слышала, как в каких-то считанных метрах за её спиной резко затормозил мотоцикл, и двигатель снова заработал на холостых. Надеялась, что тот человек в шлеме не бросит своего железного коня и не ринется за ней. Тогда ей точно конец! Девушка слышала своё тяжёлое дыхание, чувствовала, как сердце бьётся где-то в горле, но продолжала лететь вперёд, уворачиваясь от колючих веток, хлеставших по лицу и цепляющихся за одежду, тормозя её. Лёгкие жгло огнём, ноги плохо слушались. Единственной мыслью было: ей, во что бы-то ни стало, нужно выбраться, что-нибудь придумать, найти решение. Но, как назло, голова была слишком тяжёлой, словно после похмелья.