Он сказал это так тихо, что мои уши едва могли различить звуки. Но мое разбитое сердце не только услышало слова, оно переваривало их, обработал их, и быстро покинуло место в груди, где оно было для выживания, и упало на землю у моих ног и превратилось в пыль.
- Ты там, котенок?
- Никогда не называй меня так снова, - прошептала я через боль.
Он дышал громко в трубку.
- Я не знаю, что делать.
- Ну, я не собираюсь говорить тебе, что делать. - Горечь и обида захлестнули меня и перенеслись в мой голос. Как Джек не звучал, как он раньше, я знала, что я не звучала, как я сейчас.
- Я знал, что я облажался, но я никогда не хотел, чтобы это произошло.
- Ты не можешь этого делать. Нет, ты не можешь винить в этом никого, кроме своей собственной неспособности держать член в штанах. Ты напился. Ты привел другую девушку домой с собой, и ты переспал с ней. Я заслуживаю лучшего, чем это. - Я разглагольствовала громко, мой голос был трогательным.
- Ты совершенно права. Права, - он согласился без аргументов.
- Да, это должен был быть ты, Джек, потому что ты лучше, чем это. - Я застыла на месте, понимая, что мое будущее разбилось.
- Я боюсь.
Все это отставило мою гордость, чувства и эмоции в сторону, чтобы не повесить трубку. Я не хочу волноваться о том, что он был напуган. Я не хочу заботиться ни о чем, кроме моего собственного разбитого сердца. Но я не могла игнорировать его боль.
- Что она собирается делать? - Я спросила, во-первых, прежде чем очевидный вопрос влетел в мою голову, как торнадо. - Как ты сделал ее беременной?
Он фыркнул, быстро дыша.
- Я знаю, как ты сделал ее беременной, но, скажи мне, что это не так, Джек. Скажи мне, что ты не спал с ней без презерватива.
Если я думала, что мое сердце не могло быть разбито больше, я была неправа. Потому что понимание послало землетрясение, создающее трещины во мне с такой яростью, что я думала, что упаду в обморок.
- Я был действительно пьян той ночью, Кэсси. И я не хранил презервативы больше, - сказал он слабо в свою защиту.
Я ничего не ответила. Я не могла. Боль от этого была слишком сильной. Все так больно ... даже дыхание. Все это было напоминанием, что я все еще жива, и этот кошмар происходит на самом деле.
- Она хочет сохранить его, Кэсс. Она хочет иметь ребенка.
- А что хочешь ты? - Я спросила резко.
Я слышала, как он вдыхает и выдыхает воздух долго и медленно.
- Я не знаю.
Я могла представить его в уме. Он, вероятно, качает головой, нахмурив брови.
- Я имею в виду, я просто хочу играть в бейсбол. Я не готов быть отцом. Тем более этой чики. Но опять же, я не хочу быть таким отцом, каким был мой.
Знаешь, отсутствовать. Все смешалось внутри меня, и я не знаю, что правильно.
Я не могла этого выносить. Я не могла слушать его рассказ о рождении ребенка от другой девушки, когда я была так сильно в него влюблена.
- Джек, я не могу быть той, с кем ты говоришь об этом. Я должна идти.
Я не стала ждать его ответа.
Я не могла.
Я знала, что если бы ждала ответа, это изменило бы мое мнение. Я осталась бы у телефона с ним так долго, как ему было нужно, чтобы я была. А я не могла быть там для него.
Не сейчас. Не с этим. Я выключила телефон и тупо смотрела вперед, мои мысли поглотили меня. Я представила его, говорящим этой девушке то, что он сказал мне. Целуя ее так, как он целовал меня. Прикасаясь к ней так, как он прикасался ко мне. Мысли заставили мой желудок скрутиться, когда слезы побежали по моему лицу. Мое горло горело, и я побежала в ванную, вывернув обед, который я съела сегодня, в белый комок. Я прислонилась к ванной, вытирая капли холодного пота со лба тыльной стороной руки. Образы проникли в мое подсознание, угрожая заставить меня тошнить снова, если я не заставлю их уйти. Я свернулась в клубок на лохматом коврике в ванной и плакала. Я никогда не понимала до того момента, пока все не исчезло, как сильно я доверяла Джеку. Заняло секунды, чтобы уничтожить основу, которую нам с таким трудом удалось построить. На ее месте были груды порошка, неровные куски бетона, и осколки моего разбитого сердца. Дверь захлопнулась, и я услышал, как Мелисса крикнула мое имя. Когда я не ответила, она стала бродить по квартире, в поисках меня. Ее каштановые кудри упали с ее плеч, когда она выглянула из-за двери в ванную. Ее глаза расширились, когда она увидела меня.
- Кэсс? Ты в порядке? - Звук ее голоса заставил мои слезы течь еще сильнее. - Боже мой, что это? Что случилось?
Я пыталась сосредоточиться, но Мелисса превратилась в большую коричневую размытость коричневый перед глазами.