— Хватит, — оборвала его я и окунула вымытый котел в чан с раствором, чтобы избавиться от следов чар. — Я не против того, что бы Айви встречалась с Гленном, кусала его, делала с Гленном что угодно.
— А Дарил?! — подколол меня пикси. — Ты не против Дарил, Рэйч?
Я напряглась, и из-за моей спины Айви произнесла:
— Дженкс, а где клей? И твоя кошка?
Дженкс фыркнул.
— Как будто ты или этот рыжий комок шерсти сможете поймать меня, — огрызнулся пикси, но все же подлетел повыше.
Я развернулась и заметила, что Гленн чувствует себя неловко: он переминался с ноги на ногу и слегка покраснел. Я собрала высохшие амулеты.
— Постараюсь доставить их в ФВБ как только возможно. Мне может понадобиться день, но, по словам Айви, сейчас они отправят тебя в пустое здание.
Внимание Гленна переметнулось с амулетов на меня.
— Эм, занимайся этим столько, сколько нужно, — произнес он, делая шаг назад. — И спасибо. Рэйчел, я хочу, чтобы ты осталась здесь…
Осталась здесь? Я потеряла самообладание и шлепнула рукой по стойке. Дженкс подлетел, удивленный, но Айви усмехнулась — она отошла к холодильнику, чтобы освободить мне пространство для проявления эмоций.
— Вы не сделаете меня шеф-поваром, который никогда не покидает корабля, — воскликнула я. — Я буду активным участником в этом деле.
Айви показалась из-за двери холодильника и подняла бутылку апельсинового сока в знак солидарности.
— Мы уже проходили это.
— Поэтому даже не пытайся уговорить ее остаться дома, — добавил Дженкс, ухмыляясь, и я уставилась на детектива ФВБ. Тот хмуро посмотрел на меня и резко выдохнул.
Пыхти-пыхти, детектив ФВБ. Ты не сделаешь из меня библиотекаря.
Айви повернулась к нам спиной и налила себе стакан сока. Я знала, что ей не хочется пить. Она пыталась отключить инстинкты, пока я наполняла воздух своей злостью.
— Мы умеем приглядывать за ней.
Гленн сделал шаг назад, чтобы лучше видеть Дженкса.
— Против сумасшедших похитителей носителей синдрома Розвуда, пытающихся создать искусственную демонскую кровь? Рэйчел, я знаю, у тебя есть телохранитель и все такое, но насколько умно идти туда, где злоумышленники могут схватить тебя?
— Она обещала быть осторожной, — Айви прислонилась к стойке, скрестив лодыжки. Вампирша пила сок, ее длинное бледное горло медленно двигалось, и она выглядела воплощенным сексом.
Подавив дрожь, я отвела взгляд.
— Я буду ездить только по безопасным местам, — сказала я, переведя дыхание, затем захлопнула книгу заклинаний и присела, чтобы убрать ее. Как же все-таки бардак творится — и не подумайте, что только у меня на кухне. ОВ просит моей помощи. ФВБ отчаянно нуждается в ней. ЛПСО выставляли своих жертв напоказ, чтобы я нашла их. Они знали, у меня есть то, что им нужно — то, ради чего они калечили людей.
Придется искать.
Я сунула книгу на место, потом помедлила и со злостью уставилась на книгу демонских проклятий рядом с ней. Неожиданно мне еще меньше захотелось давать ФВБ или ОВ список того, что я могу сделать. Они могут нанять стажеров и узнать обо всем в библиотеке. Я не собираюсь давать им в руки веревку, которой меня можно связать.
Никогда не думала, что публичное признание моей способности активировать магию демонов приведет к такому. Больше не секрет, что ведьмы — ослабленная версия демонов, настолько сильно отличающаяся от первоначального вида, что стала видом сама по себе — и кто-то сделал правильное предположение, что синдром Розвуда имеет к этому отношение. Как одна из двух людей, переживших смертельную, но всеобщую генетическую патологию, я превратила себя в мишень.
— Нужно позвонить Ли, — прошептала я, затем выпрямилась и неохотно провела пальцами по демонским книгам. Я больше ничего не чувствовала от них, и от этого было немного больно.
— Гленн, составишь мне список носителей Розвуда в городе? Может, проследишь за ними?
Он тут же скрестил руки. Воинственная поза была реакцией на мое упорство, принявшее форму заботы о людях.
— Серьезно? Их, должно быть, не меньше нескольких сотен.
Цифра скорее приближалась к тысяче. Эта генетическая аномалия не столь уж редка, и проблема возникала тогда, когда рецессивные гены удваивались.
— Тебе не нужно следить за всеми, — сказала я. — Только за людьми, относящимся к группам высокого риска. Молодыми, глупыми.
Я подумала о мужчине из парка. Он не был глуп. Возможно, невнимателен.
— Сообщать об этом широкой общественности будет ошибкой, — тихо добавила я. — Не стоит разводить панику.