— Ладно, — сказала я, возвращая листок. — Я согласна на эту тату. И не важно, как больно это будет.
Эмоджин улыбнулась, и по лицу у нее расползлись лучики морщинок, делая ее просто красавицей.
— Я знала, что ты согласишься.
Из передней части салона послышался резкий смех Вэйда, похожий на лай.
— Что смешного? — спросила я, и Дэвид успокаивающе положил руку мне на плечо.
— Ты, — Вэйд приподнялся со стула. — Боже, Рэйчел. Это не так больно, и, насколько я знаю, тебе доставалось сильнее.
— Не по моему желанию, — сказала я, подавив дрожь. — А ты просто дуешься, потому что тебя уделал щупленький эльф.
Дэвид сжал мое плечо, и Эмоджин соскользнула с высокого стула.
— Спасибо, — сказал он искренне. — Я понимаю, что для тебя эта татуировка не так важна, как для меня.
Смутившись, я проговорила:
— Прости, что так долго решалась, но зато теперь я уверена, что оно того стоит, — я встряхнула рукой с серебряным браслетом, и на лице у вервольфа появилось беспокойство.
Эмоджин неспеша подошла к нам.
— Итак, теперь осталось выяснить, куда мы ее набьем.
Я моргнула. Вспомнилось, как такой же вопрос задавал мне демон.
— Мм-м, — выдала я гениальный ответ. — А вы что предложите?
Она устало выдохнула.
— Ты даже об этом не подумала.
Вэйд напривался в нашу сторону и, оттянув воротничок рубашки, проговорил:
— Настоящий вер выбил бы ее здесь, где всем будет видно, но раз ты не хочешь демонстрировать свою принадлежность к стае…
— Мистер Бенсон, — зарычал Дэвид, повернувшись к нему и сжав кулаки.
— Не в этом дело! — крикнула я, тоже разозлившись. — Я просто не хочу снова делать тату, когда эта исчезнет после дурацкого демонского проклятья трансформации! К твоему сведенью, после изменения тату исчезают.
Вэйд замер в восьми футах от нас и резко опустился на одно колено. Вероятно, это был знак подчинения, но на лице у него сохранялась вызывающая гримаса. Эмоджин ухмыльнулась и встала между ними.
— Я предлагаю на руку или лодыжку, — сказала она, как будто не замечая, что эти двое готовы наброситься друг на друга. Никакие тренировки не помогли бы Вэйду в схватке с Дэвидом. Помощи Вэйда Дэвид попросил лишь потому, что ему было бы трудно заставить что-либо сделать собственную альфу.
Эмоджин потрясла распечаткой, стараясь привлечь наше с Дэвидом внимание.
— Тебе нужно выбрать место, где ты сможешь показывать татуировку, если захочешь. Не рекомендую бить ее на заднице.
Чтобы разрядить обстановку, я рассмеялась, и мужчины отвернулись друг от друга.
— Девушки из стаи сделали татуировки над грудью, — сказал Дэвид. — Их тату почти всегда видно.
Но мне как-то не хотелось, чтобы мою наколку было всегда видно. И я не хочу большую тату. От этих мыслей у меня разболелся живот.
— У тебя чистая и здоровая кожа, тату на ней будет смотреться потрясающе, — вступила Эмоджин, видя мое замешательство. — Я думаю, не сделать ли и себе такую же. А ты можешь сидеть спокойно, когда тебе больно?
Я кивнула, вспомнив иглы и капельницы, с которыми я провела все детство. Боже, я ненавижу иглы.
— Да, — ответила я. Я ломала голову, как бы сделать татуировку поменьше размером и при этом учесть желание Дэвида, чтобы она находилась на видном месте. По его мнению, если наколка не видна всем вокруг, то зачем вообще ее делать?
— Давайте сделаем ее сзади на шее, высоко и почти за ухом, чтобы она была скрыта большую часть времени, — сказала я, взяв у Эмоджин рисунок. — И разбросаем разлетающиеся семена одуванчика. Один зонтик останется на шее, рядом с основным рисунком, один пусть будет на ключице, где все его смогут заметить, и один на твое усмотрение.
Я подняла голову и посмотрела Дэвиду в глаза.
— Те, кто знает, что одуванчик — символ стаи, сразу узнают его, а остальным и не обязательно показывать всю татуировку целиком.
Дэвид задумался над моими словами, и Эмоджин взяла у меня бумагу с рисунком.
— Получится секрет, известный всем, — произнесла она весело. — Рэйчел, замечательная идея. Я так рада, что ты пришла. Эта татуировка станет одной из моих любимых работ.
— Почему? — спросил Вэйд, приняв почти воинственную позу. — Потому что она столько раз кидала тебя, а теперь, наконец, решилась?
Эмоджин замерла и, обернувшись, уставилась на него пронзительным взглядом.