Я была рада, что Нина сменила тему разговора, и даже расслабилась, когда она немного развернулась, и мы оказались друг к другу боком, а не лицом к лицу. Непредвзято? Думаю, вампир имел в виду «без предубеждений». В общем-то, резонный вопрос.
— Я периодически с ним работаю в течение нескольких лет, — ответила я, вспомнив, как Дженкс отпиксил его в первый день знакомства, когда Гленн похитил меня. Хихикнув, я объяснила, — он не испугался меня, когда мы познакомились. И все еще не боится, хотя быстро научился меня уважать.
Нина согласно хмыкнула.
— Порой даже уважение не гарантирует защиту. У него была связь с опытным вампиром, — сказала она, посмотрев на Гленна. — Судя по всему, с немертвым.
Заинтересовавшись, я снова подтянула колени к подбородку. В комнате было холодно.
— Гленн? Нет. Он встречается с Айви. Он не глуп и не связался бы с немертвым.
— С ней?
Я нахмурилась, услышав недоверие в голосе Нины, и оторвала взгляд от Гленна, обсуждавшего что-то с Айви и Дженксом. Пикси злился, и под ним образовалась лужица красной пыльцы.
— Да, с ней, — подтвердила я. Прежний мастер Айви ради своей извращенной тоски почти превратил ее в немертвую, но она оставалась жива. — И ты оставишь ее в покое, — добавила я, — или я разыщу тебя, мистер Охем, или как там тебя зовут, и вместе с моим другом-пикси заставлю тебя мечтать о второй смерти.
Нина обворожительно улыбнулась, и лицо у меня покраснело. Крутя пальцами серебро на запястье, я снова ощутила растущее напряжение. Смогла бы я снять браслет, чтобы защитить Айви? Наверное, да, но тогда моя жизнь окончательно запутается. Неожиданно Нина стала серьезной.
— Ты не шутишь, — произнесла она, широко распахнув глаза. — Прошу простить меня. Я оставлю ее в покое.
— Хорошо, — ответила я натянуто, расслабляя пальцы, которыми обхватила колени. Почему он вдруг стал таким дружелюбным? Как будто вчера ничего не произошло.
Айви тоже учуяла вспышку моего гнева и, откинув волосы с лица, вопросительно посмотрела на меня, потом перевела взгляд на Нину. Я послала ей невеселый клыкастый поцелуйчик, означающий, что все в порядке, и Айви что-то сказала Дженксу. Пикси смеялся, и смех его напоминал перезвон колокольчиков на ветру.
— Она знает, что мы говорим о ней, — проговорила Нина задумчиво.
— Ага, — мне не хотелось думать о нашей ментальной связи, благодаря которой Айви могла ощущать мои эмоции. Видимо, и правда, счастье в неведение.
Дженкс полетел ко мне, как йо-йо — то подлетая вверх, то опускаясь вниз. Я отбросила с плеча засаленные и спутанные волосы, но Дженкс решил приземлиться мне на колено. Его крылья посерели от холода и громко жужжали за спиной. Кажется, чем дольше он находится здесь, тем громче гудят его крылья.
— Ты в порядке? — спросила я, когда он приземлился и фыркнул. — Хочешь, я попрошу увеличить температуру в комнате?
— Не-е, все нормально, — сказал он, но все же уселся на мою теплую коленку. — Люди, подвесившие тело в парке, здесь были, это факт. Вентиляционные продухи закрыты, но их недавно открывали, чтобы сменить фильтры. На них от силы дневной слой пыли. Даже вентиляционные трубы внутри протерты. Все это мог разглядеть только пикси, — он глянул на Нину, которая внимательно его слушала.
— Или оптико-волоконные миниатюрные камеры.
— А компьютеры? — продолжил пикси, махая крыльями, чтобы согреться. — Я проверил компьютеры, которые они не забрали. В истории открытых файлов указано, что компьютерами давно не пользовались, но вот корзину очистили в прошлый четверг. Думаю, тогда они и ушли отсюда.
Нина сцепила руки и отошла от стола.
— А за день до этого они повесили тело в парке.
Дженкс кивнул. Даже я мерзла в этой подвальной комнате, а он, наверное, уже продрог до костей, и я мысленно пообещала испечь сегодня печенье, чтобы на кухне стало тепло и уютно.
— Я вообще не понимаю, зачем им эти компьютеры, — продолжал Дженкс. — Они ужасно устарели, и куда проще воспользоваться обычным ноутбуком.
— Там, наверное, были уникальные программы, — сказала я, задумавшись, согласится ли пикси принять в качестве пледа носовой платок, лежащий в кармане сумки.
— Да, ты права, — отозвался Дженкс. Обхватив себя руками, он задрал голову и посмотрел на меня. На лице его читалась смесь отвращения и интереса. — Куратор сказал, что эти компьютеры распознавали генетические образцы.