Айви вздохнула и присела рядом.
— Лучше разбудить Нину, — сказала она, потерев оцарапанный локоть. У нее на шее виднелся ужасный след от ладони, который скоро превратится в обширный синяк.
Доктор Кордова умолкла на полуслове, а затем рявкнула:
— Зачем?
Я посмотрела на нее сверху вниз.
— Так будет правильно, — ответила я и, вытащив пузырек, облила содержимым Нину.
— Посторонитесь, — сказала Айви и оттолкнула меня, когда молодая вампирша резко втянула воздух и широко раскрыла еще полностью черные глаза.
— Нет! — испуганно и визгливо крикнула она.
Вокруг щелкнули предохранители пистолетов, и люди встали в оборонительные позиции, но Айви вскинула руку и проговорила:
— Подождите.
Зрачки Нины сузились.
Нина села, и на ее лице отразился искренний испуг, когда она увидела окруживших ее людей. Блуждающий взгляд зацепился за труп, и рот искривился от ужаса.
— Нет, нет, нет! — выкрикнула Нина, а не Феликс. Вампирша сжалась на холодном полу. — Я не могла… остановиться, — ее лицо заблестело от слез, и она посмотрела на Айви. — Пожалуйста. Пусть все кончится, — прошептала она. — Я не хотела… слишком много силы. Я не смогла остановиться!
Последние слова вырвались из нее вперемешку с мукой, и мне стало жаль Нину. Айви прошла мимо меня и, опустившись на колени, обняла Нину, давая ей выплакаться. Офицеры ФВБ смущенно отвернулись, не зная, как поступить. Черт, я и сама не знала. Но меня мучило нехорошее чувство, что Нина одолела Феликса, когда немертвый пытался не дать ей убить того мужчину. Она не смогла совладать с таким количеством силы и потеряла контроль, как и предсказывала Айви.
Гленн присел около Айви и Нины и ободряюще провел рукой по Нининой спине.
— Позвольте проводить вас наверх, — сказала он мягко, и Нина дернулась и снова сжалась, когда он коснулся ее спины.
— Не прикасайся ко мне! — закричала она, и тихая болтовня в комнате оборвалась. В ее голосе звучала неприкрытая паника, и мне стало еще сильнее жаль ее.
Доктор Кордова откашлялась.
— Детектив, могу я переговорить с вами. С вами и… вашей командой?
Последняя фраза совсем не походила на вопрос. Гленн и Айви обменялись понимающими взглядами поверх сжавшейся, трясущейся женщины, и он, отодвинувшись, вздохнул и поднялся. Доктор Кордова стояла сзади, явно желая выплеснуть на него весь накопившейся гнев. Люди вперемешку с внутриземельцами за ней нехотя придвинулись ближе.
— Я отведу ее наверх, — сказала Айви. Дженкс приземлился мне на плечо, наблюдая, как Айви уводит спотыкающуюся женщину из пластиковой комнаты в сторону лифта. Если кто и сможет помочь Нине, так это Айви, а Нине сейчас очень нужна помощь.
— Заприте ее в фургоне, — сказала доктор Кордова. — Она сядет за убийство этого человека.
— Что? — вскрикнула я, обернувшись так резко, что Дженкс с трудом успел взлететь в воздух.
— Она убила Кенни! — закричала прикованная к стулу женщина, дергаясь так сильно, что стул почти отрывался от пола. — Эта тварь убила его! Я видела, как она это сделала! Вы все видели!
— Вы, наверное, шутите! — произнесла я пораженно, но Гленн лишь вздрогнул и опустил голову. Айви не замедлила шаг, но ее поза стала агрессивной, покровительственной и она ближе притянула к себе Нину. Куда бы она ее не отвела, головой ручаюсь, это не будет фургон для задержанных. Спустя три минуты, как они выберутся на поверхность, они уже будут направляться в безопасное убежище. Нина достаточно настрадалась. И тюрьма вряд ли ей поможет. Я что, становлюсь такой же лицемерной, как Трент?
— Вы позволите ей сбежать! — закричала брюнетка на удаляющиеся темные силуэты. — Проклятые кровопийцы! Вам это не сойдет с рук, — завопила она, брызжа слюной и склонившись так далеко, как позволяли наручники. — Я сама выслежу ее и…
— Да заткнись уже! — крикнула я, наслушавшись ее на годы вперед.
Она мерзко ухмыльнулась, глядя на меня, и я заметила, как на вспотевшем лице потек тональный крем.
— А с тобой что не так, маленькая мегера? — поддразнила она, и я резко втянула воздух.
Дженкс громко зашумел крыльями, и все моментально замолчали, уставившись на мое побелевшее от ярости лицо.
— Как ты меня назвала? — спросила я голосом, дрожащим от злости. Этим гадким словом называли ведьм во время Поворота.
— Мегера. Рифмуется с буфера, которых у тебя нет, и холера, которая, видимо, изуродовала твое лицо, — самодовольно выпалила она и откинулась на стуле. Тот затрещал.
Я стояла ошарашенная, а люди позади Гленна стали отступать подальше вглубь комнаты.