Выбрать главу

— Антонина! — рявкнул Кирилл, возникнув в проходе.

У нее непроизвольно дернулись руки, йогурт чуть не выскользнул.

— Я тебя слышу. Ты что-то хотел? — пролепетала чуть слышно, заставив себя поднять глаза.

Пульсация в висках от напряжения. Снова тошнота подкатывает к горлу. Тоня делает маленький глоток холодной кисломолочной смеси, пытаясь прогнать дурноту.

— Ты ведешь себя странно. Может, сводить к психологу? Что с тобой Тоня? Я тебя не узнаю.

«А я тебя совсем не знала» — говорили ее глаза.

— Обещай, что покажешься специалисту. Завтра скину ее номер телефона, — сел напротив, сложив руки перед собой. Пальцы сцепил в замок до белых костяшек… В медовых глазах беспокойство и множество сомнений на ее счет.

— С ней? Это женщина? Ты ее знаешь? — Тоня цеплялась за любую информацию. Это раньше у нее не было вопросов. Теперь появились.

— Наш семейный психолог. Многим помогла… Я же вижу, что тебя что-то тревожит? — нахмурил брови, вглядываясь в ее лицо.

— Кому конкретно помогла? А нашу Людмилу она знала? — Тона не поняла, зачем приплела сюда сестру. Просто уловила что-то… Такие вещи не объяснить словами.

— У Милки был срыв незадолго до гибели. Сантана ее консультировала, — взгляд опустил. Стал ковыряться кончиками ногтей между собой. — С неделю у психолога твоя психованная сестрица наблюдалась, — выдал подробности. — Ей действительно помогло.

«Звучит как «сатана» — Тоня облизала пересохшие губы. — «Посмотрим, что там за психолог»

— Хорошо, — девушка согласилась на вторжение в свои мозги. — Пойду спать в гостевую комнату. Что-то плохо себя чувствую. Таблетку выпью от головной боли.

Прихватив с собой бутылочку, Тоня вылезла из-за стола и хотела проскользнуть мимо… Но, не тут-то было. Кирилл успел схватить за руку, останавливая. Лицо его разгладилось, словно вернулся прежний заботливый муж, желающий ей добра…

— Тоня, я волнуюсь за тебя, любимая.

— Да, — ей оставалось только кивнуть. Накатилась слабость, будто он высасывал из нее все жизненные соки. Пил, наслаждался причмокивая, как упырь.

— Ладно, иди. Ты действительно бледная, — нехотя отпустил, дозволяя скрыться.

Умываясь, она смотрела на свое отражение с темными кругами под глазами. Выглядит так, словно на рудниках вкалывает. «Как же, беспокоится он!» — втянула и без того впалые щеки. Хотела бы она ему доверять, да поводов маловато.

Утром Антонина специально выждала, когда муж уедет на работу и только тогда вышла из комнаты.

Кусок в горло не лез, но пришлось позавтракать, чтобы ветром не унесло, пока идет до машины с водителем.

Сантана оказалась яркой блондинистой сукой. Макияж в стиле смоки-айз с жирно подведенными глазами. Помада коричневая чуть подтерта и ее след есть на белой кружке, стоящей перед ней на столе рядом с метрономом. Красивая, лоснящаяся салонными уходами баба. Тоня, по сравнению с женщиной – вамп, просто бледная утопленница в скромной блузке и юбке чуть выше колена. Но так надо. Пусть видит перед собой забитую овцу.

На вскидку, Сантане за тридцать.

Кабинет просторный. На маленьком столике дымятся ароматические палочки, выделяя сладковато-цитрусовый аромат.

— Присаживайтесь, Антонина, — голос густой обволакивающий, как у хорошей джазовой певицы. Внимательный цепкий оценивающий взгляд.

Тоня прошлась до мягкого кресла и села напротив, отставив сумочку в сторону. Скрестила ноги в лодыжках и спокойно посмотрела ей в глаза.

— Обычно я не принимаю в такую рань. Работаю больше вечером. Но, для вас сделала исключение, — показала верхний ряд белых зубов психолог.

Тоня молчала, не реагируя на информацию. Ей плевать на мнимые неудобства стервы. Плевать на нее саму. Пусть задаст свои вопросы и поставит галочку, получив свой гонорар от Воронцова.

— Не нужно меня бояться, расслабьтесь…

«Гадина!» — прошипела Тоня мысленно. Откинувшись на спинку кресла, положила руки на подлокотники и вопросительно подняла брови: «Ну? Почему решила, что я тебя боюсь?»

— Кирилл Витальевич, не говорил о моих методах? Я ввожу в транс пациента через гипноз, — Сантана продолжала ей поминутно улыбаться, будто что-то милое рассказывала про погоду.

— Я против гипноза! — Тона проговорила четко, наклонившись вперед.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍