– Через сколько сбор? – переспрашиваю я, забрав телефон и метнувшись в сторону ванной. – И где здесь можно поесть?
– Через пятнадцать минут внизу, – коротко отвечает вчерашняя опоздавшая на рейс. – Шведский стол тоже на первом этаже.
– Слушай, Женя, – вдруг подала голос Клумбова, – я бы на твоём месте лучше тратила время на то, чтобы что-то сделать с лицом… Потому что это ужасно. Тебя нельзя в таком виде показывать заказчику!
– В смысле?! – начала раздражаться насмешкам Вики и, наконец, забежав в ванную и увидев в зеркале своё отражение, громко заохала. – Твою мать! Что это такое?! Что делать-то?
– Похоже на укусы клопов или аллергию, – в дверном проёме появилась девушка, имени которой я не знаю, и сочувственно уставилась на меня. – Тебе бы в аптеку.
– Да пока она будет бегать искать аптеку, мы уедем. Лучше попробуй тоналкой замазать, да потолще. Пусть лучше думают, что ты с мейком переборщила, чем то, что у тебя пик ветрянки, или ты вернулась в стадию прыщавого подростка с расчесанным лицом.
– У меня нет тональника, – растерянно подаю голос, с опаской дотрагиваясь пальцами до ужасного высыпания.
– То есть, как это нет? – искренне удивляется Клумбова, потеснив у дверного проёма вторую девушку. – Чём же ты тогда тон выравниваешь?
– Ничем. Максимум пудрой и румянами могу пройтись, – чувствуя беспомощность перед кошмарной сыпью, ума не приложу, что предпринять.
– Нельзя тоналку на такое воспаление! Только хуже будет, ведь под ней кожа не дышит, – включается в дурацкую беседу вчерашняя опоздавшая.
– Может, ты готова за неё выступать перед заказчиком, Зина?! Я, например, не читала даже ваши части проекта и понятия не имею, что в них.
– Блин, что мне делать? – бессвязно скулю, поглядывая на экран смартфона.
– Иди, покажись Максиму Леонидовичу! Пусть отправит тебя к врачу и назначит на сегодняшний день кого-то другого представлять твою часть, – вполне серьёзно начала меня подначивать, если верить Клумбовой, Зина.
– Ты с ума сошла?! – слишком эмоционально размахивая руками, отреагировала Вика. – Он же её уволит за такую подставу. Сама не слышала, что ли, как он бурно с Геннадием Зюмбельтовичем обсуждал, что хочет заполучить этого заказчика. Генеральный сейчас очень нервный и вспыльчивый из-за волнения. Лучше – тоналка! Я даже своей пожертвую ради такого случая. На, вот, держи!
Машинально протягиваю руку и беру тюбик. Кажется, другого варианта нет! Буду штукатурить этот ужас…
Глава 18
Чего я сразу не поняла и не учла (хотя вряд ли бы это что-то изменило), так это очевидное – у Вики довольно смуглый цвет кожи.
Чёрт!
Щедро наношу на лицо чудо-средство, которое должно скрыть ярко-розовую рельефную сыпь, но вижу лишь одно – экспресс-превращение из «светло-бежевого» оттенка в неестественный, сильно бросающийся в глаза «медово-бежевый». И поверьте – наличие слова «бежевый» в обоих названиях ни капли не делает их даже приблизительно похожими!
Да я летом в период активного загара не выглядела такой темной и ненатуральной! Просто кошмар!
Но делать нечего, а потому из номера ровно в срок я выхожу вместе с девчонками – фальшиво «загоревшая» одним лишь лицом, невыспавшаяся и голодная – просто идеальное сочетание в этот важный день!
После напутственных слов начальства и удивленного: «Евгения, с вами всё хорошо? Как-то непривычно выглядите», мы всё же всем составом едем в пункт назначения.
В такси я то и дело пялюсь на себя в маленькое зеркальце и даже не могу решить, что расстраивает меня больше – не слишком удачно замаскированная сыпь, новый удручающий цвет лица, урчащий живот или же приближающееся выступление перед значимыми людьми в таком виде.
Зина, весь путь наблюдающая за моими терзаниями и кислой раздувшейся миной, попыталась разок подбодрить, сказав:
– Не так уж и плохо… Не переживай!
Не уверена, что у неё это получилось, но я слабо улыбнулась, засчитав её участие.
Спустя час мы подъехали к необычному величественному зданию футуристической формы. И пока я восхищенно рассматривала это строение (нестандартная, оригинальная в своем исполнении архитектура всегда была моей слабостью), коллеги уже зашли в его «обитель». Я поторопилась и вовремя – они успели столпиться в просторном холле в ожидании лифта и явно не заметили моего отсутствия. Вот он – «коллективный» дух во всей красе!