– Хм… – задумался этот позер. – Знаешь, я тут, кажется, вспомнил…
– Не смей! – рассмеялась уже в открытую и шлепнула его второй подушкой по плечу.
А Штормов вдруг неожиданно повалил меня на кровать и, пронзая своим непривычно потеплевшим взглядом, хрипло произнес:
– И не собирался – нам не нужны лишние…
Не договорив, Тимур наклонился и, не оставив никакого выбора, поцеловал меня, так тесно прижимаясь, что температура моего тела резко подскочила вверх. Не удивлюсь, если сразу до сорока с лишним градусов, потому что я начала чувствовать себя как в жарком, но удивительно приятном бреду.
Губы парня были такими настойчивыми и умелыми, а запах – сводящим с ума, – что я не могла сопротивляться, попав в его сладкий, томительный плен…
…из которого, к счастью (или сожалению), меня вырвал, предположительно, звук входящего звонка на телефон Штормова.
Почему-то в тот момент мне, не глядя, захотелось прибить звонящего.
Тимур отодвинулся, схватил с тумбочки свой смартфон и, взглянув на экран, нехотя встал.
– Подожди, я скоро вернусь! – пообещал, подмигнув, и пошел в ванную комнату.
– Размечтался! – крикнула уходящему парню в спину и только сейчас до меня дошло – да я такими темпами весь эксперимент провалю! Что вообще происходит со мной, что я не хочу давать Штормову отпор?
Так, Женя, надо собираться и валить отсюда! И прекратить реагировать на флюиды этого самца!
Я наспех разгладила волосы пальцами и только собралась уходить, естественно не прощаясь, как заметила под тумбочкой край какого-то листка, напоминающий фотографию. Любопытство взяло вверх, и я его подняла.
…
Не может быть…
Откуда???
Откуда у него, чёрт побери, моя фотография со школьного выпускного?
Руки задрожали от волнения, но я, преодолевая реакции организма, развернула снимок и прочитала написанное от руки: «Ветрова Евгения Александровна, здесь ей 17 лет».
Фотография выпала на пол, а я, не зная, что и думать, решила ворваться в ванную к Штормову – пусть немедленно всё объяснит!
Но стоило мне подойти к двери, как я замерла, услышав:
– Да, она здесь, – тихо, почти полушёпотом, поведал Штормов, и мне пришлось приложить ухо к двери, чтобы разобрать продолжение. – Все я помню и сделаю, как надо, – через паузу недовольно. – Не учи меня! И вообще, сказал же, сейчас неудобно говорить! Обсудим нюансы позже, – возмутился Тимур не слишком громко.
Я же, словно чувствуя угрозу, стала инстинктивно пятиться назад.
Что происходит?
Кто такой Штормов?
Откуда у него моё старое фото, и почему складывается впечатление, что сейчас он с кем-то обсуждает именно меня?
И как же я на самом деле попала в его номер?
Впервые за последние несколько лет мне захотелось напиться и закричать от ужаса собственных предположений.
На автомате добравшись до двери, я буквально выбежала в коридор и метнулась к лифту. Постоянно оглядываясь назад, я со всей дури долбила по кнопке вызова и, когда кабина, наконец, открылась, мигом нырнула в неё, нажав на цифру четыре.
Мне стало физически очень плохо и тяжело на душе. В глазах то и дело темнело. Я их открывала и закрывала, но совершенно не понимала, что происходит. Ощущение, что теперь меня наяву преследуют мои кошмарные сны, становясь всё более отчетливыми и страшными.
– Блин, Женя! Ты где была?! Антон сказал, что ты ночевала у Штормова! Неужели и ты туда же… – накинулась с вопросами Зина, как только я захлопнула дверь нашего номера, но, осмотрев меня с ног до головы, девушка поубавила свой пыл и произнесла уже гораздо тише. – Что с тобой?
Я, словно в тумане, села на свою кровать и, неосознанно глядя в одну точку, произнесла:
– Не знаю.
Но тут же раздался громкий стук в дверь. Я встрепенулась и испуганно уставилась на Зину.
– Это Тимур! Не открывай! Пожалуйста! Я не хочу сейчас его видеть! – умоляюще попросила, на что коллега утвердительно кивнула и жестом указала на ванную.
Я помедлила несколько секунд, но потом поняла её затею и вихрем понеслась в нужную комнату. Закрыла дверь изнутри, для убедительности включила воду и через грохот собственного сердца пыталась прислушаться к короткому разговору.
Это, ожидаемо, был Штормов, который даже немного повышал голос, чтобы звучать убедительнее для Зины со своей просьбой поговорить со мной. Однако девушка была непреклонна и под предлогом того, что я моюсь, выставила его за дверь.
Но, славу богу, ни в этот день, ни в следующие два он больше не появлялся. А в воскресенье вечером прислал мне короткое сообщение: «Набери меня, когда будешь готова поговорить».