Можешь, метнулась лихорадочная мысль, и еще как можешь!
Теперь, хотя и слишком поздно, Кейтлин поняла, почему то, что услышала от Дот, так огорчило ее и она опрометью кинулась в контору к Алеку: она страшно, безумно ревновала.
В одну секунду все вдруг стало кристально ясным. Безумный бросок через весь город явился не чем иным, как проявлением инстинкта дикого животного, спасающегося от опасности в своей норе.
Вот только одна загвоздка: Алек был одновременно и безопасным пристанищем, и опасностью, от которой она бежала…
Господи, почему у нее ушло столько времени, чтобы понять простую жизненную правду, так ей необходимую? Годами она боролась со своей любовью к Алеку, с тем, что желает его физически настолько сильно, что это уже приобрело вид хронического заболевания, и что больше всего на свете она хочет провести остаток своей жизни рядом с ним, будучи его женой.
Мысли оформились в слова; хотя она и не произнесла их вслух, но все равно внезапно закружилась голова. Она растерянно оглянулась вокруг, не понимая, что ей теперь делать, когда все в этом мире потеряло для нее значение.
Алек быстро вскочил. Будто бы впервые обнаружил ее присутствие. Обняв Кейтлин за талию, он осторожно подвел ее к креслу.
— Что такое, Кейти? Ты бледная как призрак. — Нажав кнопку селектора, произнес: — Бетти, не могли бы вы принести горячего чая или кофе? И, может быть, пару крекеров? Все, что есть под рукой.
Повернувшись к Кейтлин, он твердым голосом сказал:
— Тебе следует подумать о своем здоровье. Если ты свалишься, то Сэму и остальным проку от этого будет мало.
— Я не собираюсь работать в этот уик-энд, — ответила Кейтлин. — Отдых, и только отдых.
— Прекрасно.
Однако он не предложил пойти куда-нибудь вместе в эти дни и не упомянул об их предварительном плане относительно зоопарка.
Вошла Бетти с чайником и тарелкой печенья. Когда взглянула на Кейтлин, то хмурое выражение ее лица смягчилось, сменилось сочувственным.
— Моя дорогая, вы действительно плохо выглядите, — сказала она. — Может быть, вам дать аспирин? Это все, что у меня есть.
Ах, как Кейтлин хотелось, чтобы аспирин смог избавить ее от боли! Но, к несчастью, любовная тоска требует более сильного лекарства. Она заставила себя выпрямиться в кресле и с улыбкой взять чашку чаю. Сто раз себя проклянет, если покажет свою слабость перед этой Горгоной.
— Спасибо, Бетти, но мне надо всего лишь спокойно поужинать и хорошенько выспаться. Неделя выдалась на редкость напряженной. Отдохну, и все пройдет.
— Вызвать вам такси? — спросила Бетти. — Правда, сейчас, в пятницу, машину могут подать с небольшой задержкой.
Сразу же вмешался Алек:
— Не стоит связываться с такси, Бетти, я сам отвезу Кейти домой.
— Но вы забыли о ваших встречах, — сказала Бетти, и в ее голосе зазвучали предостерегающие нотки. — Вам никак нельзя уйти сейчас из конторы, даже с мисс Говард.
— Да, конечно, но, учитывая обстоятельства…
— Не думаю, что это будет разумно, — твердо заявила Бетти.
Алек подошел к окну и стал смотреть в надвигающуюся темноту, поэтому Кейтлин не могла судить о его реакции на распоряжение секретарши. Другим словом, кроме как «распоряжение», это было не назвать. Кейтлин потрясло, что неприязнь Бетти зашла так далеко: эта женщина даже осмелилась запретить Алеку отвезти ее домой.
Прошло несколько секунд. Наконец, продолжая глядеть в окно, Алек произнес:
— Ты совершенно права, Бетти. Спасибо, что напомнила мне. Через несколько минут я буду готов к следующей встрече.
— Хорошо, — ответила та. — Все документы у меня на столе. Сейчас я вызову такси для мисс Говард.
Бетти вышла из комнаты, а Алек отошел от окна, но, вернувшись к письменному столу, упорно смотрел в сторону — казалось, специально избегал встречаться взглядом с Кейтлин. У нее затряслись руки, и она поспешила поставить чашку на стол, чтобы не пролить остатки чая. Возникла из ряда вон выходящая ситуация: смотрит на мужчину, которого знает почти всю жизнь, и чувствует, как у нее подгибаются колени, а сердце начинает сильно колотиться от одной только мысли, что вот сейчас он поднимет голову и посмотрит на нее.