Он отказался от отношений со своей семьей, потому что не мог говорить об Алисии.
Хави упер на него свой взгляд.
― Ты не хочешь, чтобы она воспринимала тебя как мужчину? Прошли годы, но ты все еще не понимаешь, что с тобой случилось.
― Оставь его, Хавьер, ― сказал недоброжелательный голос.
Себастьян повернулся и увидел Тиффани, стоящую в дверном проеме.
Хави нахмурился.
― Я знаю, ты что-то к нему чувствуешь, Тифф, но ты не знаешь о его прошлом. Я пробил его, когда узнал, что ты с ним живешь. Понял, что вы оказывали услугу Большому Тагу, но я все знаю. Знаю, что ты хочешь его, и тебе будет больно. Ты должна понимать, что он бросал женщин раньше. Он оставил свою невесту, когда она была беременна. Он бросил ее и свою семью и больше никогда с ними не разговаривал.
Унижение захлестнуло Себастьяна. Теперь они все знали. Старые обвинения пронзили его, и не оставалось ничего, кроме как убраться к черту. Он выпрямился, отказываясь быть запуганным. Даже с чертовой болью, пульсирующей сквозь него. Она было намного сильнее, так как он врезался в тот стол.
― Ну, я не совсем бросил. Я ушел в сторону. Однако я все же ушел, как любезно объяснил Хавьер.
― Я знаю, ― ответила Тиффани.
Он повернулся, чтобы посмотреть на нее. Ее щеки были едва заметного розового оттенка, а взгляд отведен от него, прежде чем она, очевидно, заставила себя снова взглянуть на Себастьяна.
― Что ты имеешь в виду, говоря, что знаешь? Хавьер прислал тебе отчет? Что он сделал? Нанял следователя?
― Мне не нужно было, ― ответил Хави. ― Моя сестра им работает. Она задала пару вопросов. По-видимому, ты все еще являешься центром сплетен в своем родном городе.
― Ты знаешь, как люди любят болтать, ― он не мог отвести от нее глаз. Она знала. Как долго она знала? ― Он сказал тебе об этом сегодня?
Тиффани сглотнула, верный признак того, что она нервничала.
― Хави ничего мне не говорил. Я слышала, что у тебя есть сестра, и я сама покопалась. Почему бы нам не уйти, чтобы поговорить? Почти обед. Я принесу рислинг, и мы можем попытаться проверить работу серверов. И ты сможешь покричать на меня за то, что лезу не в свое дело.
Он уставился на нее. Что она натворила?
Тиффани прошла в комнату, отбросив иллюзию, что нервничала по поводу того, как он будет реагировать.
― Давай, Себастьян. Ты знаешь, что хочешь осуществить последнюю часть. Накричать, то есть. Или можешь рычать, но я думаю, тебе следует снять протезы и позволить мне позаботиться о тебе.
Позаботиться о нем? Как будто он был жалкой вещью, о которой нужно было позаботиться. Мужчина знал, как быстро все может измениться. Ему нужно было, чтобы она поняла, он не был кем-то мягким и нуждающимся.
― Хавьер прав. У меня была невеста. Я пришел домой, чтобы увидеть ее, и ушел от нее. И да, Алисия была беременна, когда я уходил. Вот почему моя мама не разговаривает со мной последние годы своей жизни. Я лишил ее внука. У Алисии случился выкидыш, но поверь мне, мать знала, кого винить. Она винила меня за то, что Алисия потеряла ребенка.
― Уверена, что так.
Тиффани протянула руку.
― Ты не имела права звонить моей сестре.
Чудовищность предательства накрыла Себастьяна, словно его ударили в живот. Она действовала за его спиной и позвонила его сестре?
― Имела. Я переживаю за тебя. Это дает мне право.
― Это не дает тебе никаких прав.
Он чувствовал, как стены начали расти вокруг него. Тиффани хотела сесть и поговорить? Что бы она сделала? Аккуратно порвала бы с ним, потому что, наконец, увидела, кем он был? Он не собирался сидеть сложа руки и позволять ей делать все по-своему. Не в этот раз. Ей не удастся таким образом вклиниться в его жизнь. Она не могла войти и вернуть все плохие воспоминания о жизни, которую Себастьн оставил позади.
― Ты разрушила доверие. Ты снова манипулировала мной, и я не стану мириться с этим.
― Она манипулировала тобой? ― спросил Хавьер, выглядя осуждающе. ― Это ты сбежал от своей беременной невесты. Быть ответственным за что-то слишком для тебя?
Стыд горел в его кишках. Он мог видеть, как его мать стояла на дрожащих ногах, глядя на него так, словно ей хотелось бы, чтобы он никогда не появлялся.
Ты убил своего отца. Теперь ты хочешь и это отнять у меня.
― Уходи и сделай это прямо сейчас, ― Тиффани двинулась между ним и Хавьером. ― Он не Рейф, и я не хочу, чтобы ты привносил свои личные проблемы сюда. Я люблю тебя как брата, но это между мной и Себастьяном.
― Он обрюхатил девушку и бросил ее, ― настаивал Хавьер.
Да, все было так. Все, что он говорил. Себастьян был монстром. Алисия была правильной воспитанной девочкой, которая совершила ошибку, влюбившись в монстра среднего класса. Все знали, что все пойдет не так. Алисии было гарантировано прекрасное будущее, а он отнял все это у нее.