- Войдите, - я роюсь в ворохе вещей, и наконец, вытаскиваю черную футболку. Отлично. Натягиваю ее на голое, еще влажное тело, и оборачиваюсь, чтобы посмотреть на вошедшего. А когда вижу знакомые глаза, снова чувствую напряжение в самом низу живота. Да чтоб тебя, Заборская, какого хрена?
- Мне кажется, что нам нужно поговорить, - слышу пробирающий до печенок голос, в котором слышатся стальные нотки. Похоже, моя Серая шейка решила соскочить? Придется напомнить этой птичке о данном обещании.
- Не думаю, - я резко захлопываю дверь кабинета, и Заборская вжимается в стену рядом, продолжая сверлить меня глазами: - Напрасно.
- Ты же обещала мне быть послушной, - я провожу пальцами по ее волосам, закручиваю в колечко сбежавшую прядку, - вот сейчас и проверим, насколько Вы, Валерия Михайловна, умеете выполнять обещания…
- Расскажешь эту сказочку одной из своих девок, - почти выплевывает она, и с чувством добавляет: - Мерзавец!
- О-о, а что нам не понравилось? – я чувствую, как она дрожит, хоть и не подает вида, что испугана, и это дико заводит, - не стесняйся, тут все свои…
- Ты соврал мне, насчет Самира, - почти шипит Заборская, делая попытку выскользнуть, - откуда ты взялся, Баратов? В какой помойке растят таких, как…
Она не успевает продолжить, потом что я не выдерживаю, и закрываю этот соблазнительный зовущий ротик. Горячий. Одуряющее сладкий. С легким привкусом кофе и шоколада. С ноткой горечи и послевкусием чего-то бодрящего. Апельсин? Шоколад с апельсинками?
- Т-т-ты…ненормальный,- выдыхает Серая шейка, но не убегает, продолжая стоять и прожигать во мне дыры.
- В следующий раз, когда захочется сумничать, сначала подумай, - отвечаю я, и сердце в груди отчего-то екает, хотя ситуация самая обычная, стандартная даже. Я бывал в подобных многократно, забывая имена счастливиц практически сразу же, после умопомрачительного секса.
- Что? – на мгновенье во взгляде женщины напротив появляется сомнение, потом она резко поднимает руку и …почти неуловимым движением опускает ее на мое лицо. Раздается характерный звук шлепка, и кожа начинает гореть.
- Ты охуела? – удивленно прижимаю ладонь к лицу, все еще не веря, что эта идиотка залепила мне пощечину.
- В следующий раз, когда решишь распустить руки, сначала подумай, - язвительно отвечает эта сука, и довольно ухмыляется.
- В следующий раз я приеду пораньше, чтобы увидеть все с самого начала, - слышу я сзади знакомый голос и такой же знакомый смех. Отлично. Только этого мне не хватало!
- Может, обнимешь своего непутевого младшего брата? – продолжает голос, и Заборская поворачивает голову. Ее глаза раширяются. Потом на лице появляется недоумение…Несколько переходящих с одного на другого взглядов, и на смену недоумению приходит изумление. Я не обращаю внимания на эти метаморфозы, потому что уже привык. Предсказуемая реакция на братьев-близнецов.
- Может, - выдыхаю я, вспоминаю утренний разговор с мамой и ее обещание намылить нам обоим шеи, если снова подеремся, как к детстве, не поделив игрушку, - ты как обычно невовремя, братец…
- Я знал, что тебе понравится…- хмыкает брат в ответ, и не стесняясь, разглядывает Заборскую, - может, познакомишь с девушкой?
Он снова коротко подстригся, и мы опять до одури похожи. Егор щурит глаза, и в уголках глаз появляется сеточка морщин. Пять минут. Всего пять минут разницы повесили на меня тяжелое бремя ответственности и ярлык старшего брата.
- Знакомьтесь, Валерия Михайловна, - киваю в сторону своего отражения напротив, и добавляю, пока она нахмуренно рассматривает улыбающегося серо-глазого мужчину в дверях: - Егор Антонович Баратов, мой единоутробный брат.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов