Они заставят тебя избавиться от большого количества чувств и воспоминаний.
Идея в том, чтобы заменить их новыми чувствами и воспоминаниями.
Эмили нахмурилась.
- Они заставляют тебя забыть это всё?
- Не совсем так.
Больше похоже на то, чтобы отпустить их.
Чем больше Бекка пыталась это подсластить, тем более ужасной казались Три Шага.
Эмили не хотела отпускать Майю.
Как, впрочем, и Эли.
Внезапно Бекка потянулась и накрыла руку Эмили своей рукой.
Это было неожиданно.
- Я знаю, сейчас это для тебя не имеет большого смысла, но я научилась там кое-чему колоссальному, - сказала Бекка.
- Жизнь трудна.
Если мы останемся с этими чувствами, которые являются...являются неправильными, наши жизни будут полны еще большего количества тяжелых боев.
Все и так достаточно тяжело, понимаешь? Зачем делать это хуже?
Эмили почувствовала, что ее губы дрожат.
Действительно ли жизнь всех лесбиянок полна трудных сражений? Что насчет тех двух лесбиянок, которые открыли магазинчик для триатлона двумя районами выше? Эмили купила у них свои кроссовки и они казались счастливыми.
И что насчет Майи? Она резала себя, но сейчас ей лучше.
- Так Венди нормально восприняла, что ты сейчас в программе? - спросила Эмили.
Бекка уставилась на витраж позади алтаря.
- Я думаю, она приняла это.
- А вы еще гуляете вместе?
Бекка пожала плечами.
- Не то чтобы.
Но мы все еще друзья, полагаю.
Эмили провела языком по зубам.
- Может как-нибудь мы могли бы все прогуляться?
Было бы здорово посмотреть на двух экс-геев, которые были настоящими друзьями.
Может, она и Майя тоже смогут быть друзьями.
Бекка подняла голову, она казалась удивленной.
- Хорошо.
Как насчет в субботу вечером?
- Как по мне, звучит неплохо, - ответила Эмили.
Они закончили свой ланч и Бекка попрощалась.
Эмили спустилась вниз по зеленому склону, присоединяясь к остальным детям Розвуд Дэй, следующим обратно в классы.
Ее мозг был переполнен информацией и эмоциями.
Лесбиянки-триатлонистки могли быть счастливы, и Майе могло быть лучше, но может и точка зрения Бекки тоже имела смысл.
На что это было бы похоже в колледже, потом после колледжа, потом на работе? Она должна была бы растолковывать людям свои сексуальные предпочтения снова и снова.
Некоторые люди не приняли бы ее.
До вчерашнего дня единственными, кто знал, что Эмили по-настоящему испытывает, были Майя, ее бывший, Бен, и Элисон.
Двое из трех приняли это не очень хорошо.
Может, они были правы.
17
ПОТОМУ ЧТО ВСЕ ДРЯННЫЕ МОМЕНТЫ В ОТНОШЕНИЯХ СЛУЧАЮТСЯ НА КЛАДБИЩАХ
В среду после школы Ария смотрела, как Шон крутит педали своего горного велосипеда Gary Fisher далеко впереди нее, легко преодолевая холмистые проселочные дороги западного Розвуда.
- Не отставай! - поддразнил он.
- Легко тебе говорить, - ответила Ария, яростно давя на педали старого - еще со времен колледжа - битого десятискоростного велосипеда Пежо Эллы. Она взяла его с собой, когда переехала к Шону.
- Я не пробегаю шесть миль каждое утро!
Шон удивил Арию сегодня после школы, объявив, что прогуливает футбол, так что они могут потусоваться вместе.
Это было серьезно - за те 24 часа, что Ария прожила с ним, она узнала, что Шон был фанатичным футбольным мальчиком, так же как ее брат был повернут на лакросе.
Каждое утро Шон пробегал шесть миль, делал упражнения и тренировался забивать голы в сетчатые ворота, установленные на лужайке Эккардов, пока не приходило время отправляться в школу.
Ария одолела подъем на холм и была счастлива увидеть перед собой длинный спуск.
Это был великолепный день, так что они решили прокатиться на велосипедах вокруг западного Розвуда.
Они ехали мимо разбросанных фермерских домиков и нетронутых лесов.
У подножия холма они миновали ограду из кованного железа с декоративными воротами.
Ария ударила по тормозам.
- Подожди.
Я совершенно забыла об этом месте.
Она остановилась напротив кладбища святого Василия, старейшего и жутчайшего места Розвуда, где она имела обыкновение зарисовывать надгробия.
Оно простиралось на километры чередующихся холмов и ухоженных лужаек, а некоторые из надгробий по времени относились к 18 веку.
До того, как Ария нашла свою место при Эли, она прошла стадию гота, охватывающую все имеющее отношение к смерти, Тиму Бертону, хеллоуину и Nine Inch Nails.
Листва кладбищенских дубов была обеспечивала идеальную тень для безделья и принятия угрюмого вида.
Шон остановился за ней.
Ария повернулась к нему.
- Мы можем зайти на секундочку?
Он выглядел обеспокоенным.
- Ты уверена?
- Мне нравится сюда приходить.
- Ладно.
Шон нехотя пристегнул свой велосипед цепью к кованной мусорной урне рядом с велосипедом Арии и пошел за ней по первому ряду надгробий.
Ария читала имена и даты, которые практически выучила несколько лет назад.
ЭДИТ ДЖОНСТОН, 1807-1856.
МАЛЫШКА АГНЕС, 1820-1821.
САРА УИТТЕР, с цитатой из Мильтона: СМЕРТЬ - ЗОЛОТОЙ КЛЮЧ, ЧТО ОТКРЫВАЕТ ЧЕРТОГИ ВЕЧНОСТИ.
Ария знала, что за холмом были могилы собаки по кличке Пафф, кота Ровера и попугайчика Лили.
- Я люблю могилы, - сказала Ария, когда они миновали одну большую, увенчанную статуей ангела.
- Они напоминают мне "Сердце-обличитель".
- Что?
Ария подняла брови.
- Да ладно!
Ты читал этот рассказ.
Эдгар Алан По? Мертвый парень, похороненный под полом? Рассказчик все еще слышит, как бьется его сердце?
- Неа.
Ария уперлась руками в бедра, ошарашенная.
Как мог Шон этого не читать?
- Когда мы вернемся, я найду свою книгу По и ты сможешь прочесть.
- Хорошо, - согласился Шон, а затем поменял тему разговора.
- Ты хорошо спала прошлой ночью?
- Великолепно.
Невинная ложь.
Ее комната в стиле парижского отеля была прекрасной, но Ария все же обнаружила, что ей трудно заснуть.
Дом Шона был...слишком идеальным.
Пуховое одеяло казалось слишком пушистым, матрас - слишком набитым, комната - слишком тихой.
Пахло слишком хорошо и было очень чисто.
Но больше всего этого ее волновало движение за окном ее гостевой комнаты, возможное присутствие сталкера и сообщение от Э, в котором говорилось, что убийца Эли был ближе, чем она думает.
Ария металась в постели несколько часов, одинокая, уверенная, что оглянется и увидит сталкера - или убийцу Эли - в ногах своей кровати.
- Хотя твоя мачеха мне весь мозг изнасиловала этим утром, - сказала Ария, огибая цветущую японскую вишню.
- Я забыла заправить свою кровать.
Она заставила меня подняться наверх и заправить ее.
Она фыркнула.
- Моя мама не делала такого примерно миллион лет.
Когда она оглянулась, Шон не смеялся вместе с ней.
- Моя мачеха тяжело работает, чтобы поддерживать в доме чистоту.
К нам почти каждый день приезжают с турами "Розвудские Исторические Дома".
Ария ощетинилась.
Она хотела сказать ему, что Розвудское Историческое Общество включило ее дом в тур тоже - его спроектировал какой-то протеже Френка Ллойда Райта.
Вместо этого она вздохнула.
- Извини.
Просто... моя мама даже не позвонила мне с тех пор, как я оставила ей сообщение, что останусь с тобой.