Шэнь Шулин сказала со смехом: «Так ты точно фанат Лю Ганшэна!»
Лу Чэнь тоже рассмеялся и кивнул, откровенно сказав: «Ага, одно из желаний, которые я хотел бы исполнить по прибытии в Гонконг, это встретиться со своим кумиром и хотя бы перекинуться с ним парой слов.»
Шэнь Шулин улыбнулась: «Так твоё желание вполне можно осуществить!»
Уважение и преклонение, которые Лу Чэнь проявлял по отношению к Лю Ганшэну, позволили телезрителям мигом преисполниться некоторой симпатией к Лу Чэню.
Лю Ганшэн заслуженно считался символом упорства и вдохновения. Невозможно сосчитать, для скольких молодых людей Гонконга его легендарная биография послужила толчком для упорной борьбы. Его песни и фильмы имели глубокое влияние в Гонконге.
Лу Чэнь произнёс: «Раньше гонконгские классические фильмы и сериалы крутились в материковом Китае, где добились крупных кассовых сборов и высоких рейтингов. Особенно это касалось сериалов, когда люди огромными группами собирались, чтобы их посмотреть. Тем не менее какую сейчас долю рынка занимают гонконгские фильмы и сериалы в материковом Китае?»
Уголки рта Лу Чэня растянулись в холодной улыбке. Яростный ответный удар скрывался в его словах: «Насколько мне известно, даже и одной сотой не занимают.»
Шэнь Шулин хранила молчание.
Лицо Чжуан Дуна вытянулось. Он хотел возразить, но вдруг понял, что у него нет никаких аргументов.
Потому что Лу Чэнь говорил правду. Некогда великая кино— и телеиндустрия Гонконга уже давно лишилась способности влиять на обстановку в материковом Китае. Оставалось лишь бороться на своём рынке и на рынке Юго-Восточной Азии.
Лу Чэнь беспощадно раскрыл нынешнее положение дел у кинематографа Гонконга. А связав это с его недавней историей, смышлёные люди могли понять, что он хотел сказать тем самым.
Работники гонконгской кино— и телеиндустрии Гонконга, словно зажатые в маленьком трюме сардины, рано или поздно помрут.
Если, конечно, не появится сом, который растормошит их!
Глава 480. Ответный удар
История о соме была взята из мира сновидений.
В этом мире ещё существовал специальный термин — “эффект сома”, — который подразумевал создание напряжённой, конкурентной обстановки ради более активной деятельности предприятия и работников. А сама история на самом деле была вымышленной, а не реальной.
Лу Чэнь с помощью этой оригинальной истории, которой не существовало в его мире, защищался в споре. Она, вне всякого сомнения, доходчиво объяснила каждому, на что намекал Лу Чэнь.
А самое главное, что гонконгский кинематограф срочно нуждался в кардинальных переменах!
Былое великолепие уже незачем было вспоминать. В последний раз гонконгские фильмы и сериалы блистали в 90-х, а с наступлением 21 века пошли по дурной дороге. Гонконгские деятели искусства уцепились за прошлые успехи и не думали двигаться вперёд, они не осознавали, что произошли огромные перемены на рынке вслед за бурно развивавшимся интернетом. В итоге они были отвергнуты этим самым рынком.
Хотя к настоящему времени гонконгское кино и телевидение достигли высокого развития, их влияние уже не было таким мощным, как раньше. А что ещё хуже, закончились идеи для фильмов и сериалов, поэтому процветал плагиат, всё снималось по одному шаблону, вот уже 10 лет ничего не менялось. Даже гонконгским зрителям начали надоедать данные работы. Разве таким способом можно было удержаться на рынке материкового Китая и Юго-Восточной Азии?
Будущее всей индустрии находилось на краю гибели, поэтому правительство Гонконга совместно с соответствующими органами материкового Китая решило провести политику поддержки, разрешив материковым кинокомпаниям вкладывать капитал в Гонконг и позволив им тоже пользоваться льготами и поддержкой. Проще говоря, правительство хотело таким образом растормошить местных работников.
Забавно, что некоторые представители шоу-бизнеса в упор не желали замечать возникшие в гонконгском кинематографе проблемы и постоянно бойкотировали конкуренцию со всем чужеземным. Такие люди в конечном счёте плохо кончат, как сбившиеся в кучу сардины!
На самом деле в материковом кинематографе тоже существовало множество проблем, но экранизация популярных веб-новелл позволила рынку процветать. Кассовые сборы фильмов росли из года в год. Чтобы гонконгской киноиндустрии вернуть величие, оставалось только заново зацепиться за материковый рынок.