Да и сам Лу Чэнь только недавно ворвался в гонконгский кинематограф и имел небольшую известность, у него пока не было никаких произведений, на которые можно было бы опереться.
Но бюджет «Китайской истории о призраках» составлял 30 миллионов юаней. Пусть даже эта сумма не могла сравниться с первоклассными блокбастерами, но именно из-за отсутствия каких-либо суперзвёзд и отсутствия высоких гонораров эти деньги в основном пойдут на сами съёмки и постпродакшн. Будет просто непростительно, если в результате не выйдет шедевр.
По сравнению со своими сверстниками, для Чэнь Сыи уже было огромным везением получить важную второстепенную роль в таком фильме, ведь это были первые в её жизни съёмки. Свою карьеру она начинала свысока.
Если «Китайская история о призраках» не провалится в прокате, послужной список Чэнь Сыи пополнится драгоценной работой.
А чем богаче становился послужной список, тем выше становился звёздный статус.
Закончив поклонение духам, Лу Чэнь, Чжоу И, Вань Сяоцюань и Не Минчжу вместе сбросили красную “фату” с видеокамеры. Столпившиеся вокруг члены съёмочной группы захлопали в ладоши, а присутствовавшие журналисты начали фотографировать всё происходящее.
Поговаривали, что эта процедура изначально возникла из-за боязни перед “поцарапанной плёнкой”.
Так называемая “поцарапанная плёнка” указывала на то время, когда только была изобретена киноплёнка. Во время съёмки киноплёнка могла быть неожиданно поцарапана внутренними деталями кинокамеры. Если в конечном счёте получалась “поцарапанная плёнка”, то для съёмочной студии это был неизмеримый ущерб, но невозможно было предугадать, что киноплёнка поцарапается, и тяжело было принять какие-либо меры предосторожности, поэтому единственное, что можно было сделать, это накрыть кинокамеру красным полотном, чтобы защитить её от “нечисти”. (*Полотно красное, потому что красный цвет в Китае символизирует счастье и удачу*)
Сейчас видеокамеры уже давно были цифровыми, больше не было случаев с “поцарапанной плёнкой”, однако чем точнее аппаратура, тем больше с ней проблем, поэтому данная традиция до сих пор поддерживалась.
После того, как было сорвано красное полотно, церемонию начала съёмок «Китайской истории о призраках» в целом можно было считать завершённой.
В конце представитель съёмочной группы дал журналистам интервью.
Большинство журналистов были приглашены кинокомпанией Цзяян. Их было более десяти человек из мелких и крупных медийных изданий. В связи с необходимостью качественно прорекламировать надвигающиеся съёмки каждому журналисту был вручен красный конверт с деньгами.
Если какая-нибудь кино— или телекомпания хотела встать твёрдо на ноги в Гонконге, то ей по крайней мере нельзя было оскорблять сотрудников средств массовой информации, иначе её как следуют унизят в газетах и на телевидении либо придумают ложные слухи. В таком случае о заработке денег можно будет не мечтать.
Конечно, угодить всем медиа тоже было невозможно. Кинокомпания Цзяян считалась старой известной организацией в киноиндустрии, а её владелец Чжоу И был гонконгским бизнесменом. Компании хватало связей в средствах массовой информации.
Но всё-таки часть журналистов явилась без приглашения. Они явно были заинтересованы Лу Чэнем, поэтому по окончании церемонии тут же окружили его и наперебой начали осыпать вопросами.
«Господин Лу Чэнь, позвольте узнать, вы собираетесь с помощью этого фильма изменить структуру кинематографа Гонконга?»
«Почему вы так уверены в себе?»
«Если фильм провалится, что вы думаете делать? Вернётесь на материк?»
«Господин Лу Чэнь, насколько мне известно, среди актёрского состава в этом фильме нет ни одной звезды, разрешите узнать…»
Эти несколько незнакомых журналистов без умолку закидывали вопросами, оказывая давление. Завидев их, стоявшие рядом Чэнь Вэньцян и Вань Сяоцюань помрачнели.
Чжоу И был далеко не глупым человеком, в его глазах тоже замерцали лучи недовольства.
Глава 483. Поддержка
Гонконгских журналистов шоу-бизнес любил и в то же время ненавидел. Эти люди могли возносить артиста до небес, а могли легко спустить его с этих самых небес. Немало гонконгских звёзд побаивались журналистов.
В Гонконге каждый новый артист обязан был уметь правильно реагировать на журналистов, а если он этого не умел, то рано или поздно хлебнёт горя. Многие примеры из прошлого служили тому доказательством.