В некоторых кругах Лу Чэню даже дали прозвище “Музыкальный богач”.
Поэтому, если других людей данная просьба поставила бы в затруднительное положение, то для Лу Чэня она была вполне справедливой, логичной и необходимой!
Просили новую песню — новое оригинальное произведение!
«Лу Чэнь! Лу Чэнь! Лу Чэнь!»
Неизвестно, кто первым стал кричать, но в итоге все хором стали выкрикивать имя Лу Чэня.
Разумеется, мальчишник устраивался в честь Чэнь Цзяньхао, но в данный момент казалось, что мероприятие проводилось ради Лу Чэня.
Однако сам Чэнь Цзяньхао совершенно не возражал. Напротив, он вместе с остальными выкрикивал имя, ещё больше накаляя обстановку!
Глава 189. Друг
Однажды один звёздный исполнитель во время интервью на телевидении сказал, что его звёздный путь был полон ухабов, он спотыкаясь преодолел бесчисленные трудности и невзгоды. Ему неоднократно хотелось всё бросить и спокойно зажить как нормальный человек.
Но как только он оказывался на сцене и слышал своё имя, выкрикиваемое многотысячной толпой, вся боль и всё изнурение моментально улетучивались. Он чувствовал, что получил справедливое вознаграждение за всё, чем пожертвовал, поэтому упорно продолжал свою карьеру.
В данный момент Лу Чэнь прекрасно понимал своего старшего коллегу по музыке.
Несмотря на то, что сейчас в Красодневе насчитывалось не очень много гостей, всего 100-200 человек, однако они вовсе не были простыми людьми. Одни являлись работниками в деловых кругах шоу-бизнеса, другие — ошивавшимися в Хоухае певцами, третьи — владельцами баров…
Когда все присутствовавшие выкрикивали имя Лу Чэня, ожидая его выступления, он получал поистине прекрасные чувства.
Ему казалось, будто сейчас он стал владыкой всего мира!
Перед таким радушием невозможно было устоять. Лу Чэнь вышел на сцену и встал под светом прожекторов.
Бар быстро затих.
Лу Чэнь довольно неловко улыбнулся и сообщил в микрофон: «Сегодня важный день. День, когда братец Цзяньхао прощается с холостяцкой жизнью. Я бы хотел подарить ему одну песню.»
Снова раздались только что умолкнувшие аплодисменты.
Взгляды всех присутствующих сосредоточились на Лу Чэне и выражали ожидание, любопытство и воодушевление.
Лу Чэнь позаимствовал гитару у Цинь Ханьяна.
Улыбнувшись, он произнёс: «Здесь одни друзья, поэтому эта песня называется…»
«Друг!»*
В следующий момент Лу Чэнь спокойно начал перебирать струны, играя музыкальное вступление.
Он смотрел вперёд, в его чёрных глазах мерцали лучи.
А затем довольно низкий голос постепенно проник в уши всех присутствующих.
«В последние годы один проходил я чрез ветер и дождь. Слёзы я лил и делал ошибки, помню ли я, к чему раньше стремился?»
«По-настоящему любил, понять я всё могу. Могу быть одиноким, могу я вспомнить прошлое, но есть мечты и есть ты в моём сердце!»
«С другом по жизни вместе я шёл, те дни уже мне не вернуть. Жили мы одними словами, одними эмоциями, одним бокалом вина…»
«С другом одиночества не ощущал ни разу, друг с полуслова мог понять меня. Остались раны, осталась боль, идти нам нужно дальше, остался я.»
«……»
Неизвестно, когда, но, скорее всего, когда Лу Чэнь только начал играть на гитаре, шумный, оживлённый и радостный Красоднев успокоился. Стало очень тихо.
Находившийся за барной стойкой бармен Дэвид перестал размешивать алкоголь во фляге…
Официантки в костюмах кролика больше не расхаживали повсюду.
Несколько сидевших на верхнем этаже бара VIP-гостей выглянули из-за перил, желая более подробно всё услышать.
Ещё больше людей столпилось вокруг сцены. Они пристально следили за Лу Чэнем и слушали его песню с внимательным видом.
А также с растроганным видом.
Друг — какое это ценное слово!
Слова песни были очень просты, а мелодия незамысловата. И сам Лу Чэнь не демонстрировал никакие блестящие умения.
Его игра на гитаре и пение словно пересказывали тяжёлое прошлое.
Песня пошатнула тайники души всех людей и особенно музыкантов!
Жизнь многих из них и впрямь походила на непрерывное скитание, потому что их работа была специфического характера. Им зачастую приходилось то и дело мотаться по различным местам. Порою они даже не успевали раскрыть багаж, как уже должны были прибыть на следующую остановку, проводя все дни в скитании.
Когда они только вступали на музыкальный путь, то ещё не ведали, с чем столкнутся. В своих проблемах они могли полагаться только на себя, а также на друзей!
Они не могли уповать лишь на свои стальные нервы. Не считая родственников, единственными людьми, кто мог даровать им чувство спокойствия, были друзья!