Здесь проходило интервью, а не демонстрация боевого искусства. Парень хотел слишком многого.
Он тоже осознал свою ошибку и засмущался, залившись краской.
Лу Чэнь спас его из неловкой ситуации: «Давай так, в следующий раз я загружу в свой блог видео с моих тренировок по ушу.»
Он мог понять любопытство этого паренька.
Какой мужчина не мечтал героически спасти красавицу?
Парень был тронут: «Спасибо.»
Затем Лу Чэнь выбрал ещё трёх зрителей и по очереди ответил на их вопросы.
В конце микрофон вернулся в руки Му Жун.
Она спросила: «Лу Чэнь, кого бы ты больше всего хотел поблагодарить за успехи, которых ты смог добиться к настоящему времени?»
Глава 233.2. Когда состаришься
Это был сложный вопрос.
Когда Му Жун задала его, в голове Лу Чэня пронеслось много силуэтов.
Сюй Бо, Мо Жань, Фан Мин’и, Чэнь Цзяньхао, Тань Хун, Чэнь Фэйр…
Кто-то был из мира сновидений, а кто-то — из реального мира.
В итоге в голове Лу Чэня осталось лишь одно имя.
Он ответил: «Я бы хотел больше всего поблагодарить мою маму.»
Взгляд Му Жун стал мягким. Она тихо спросила: «Можешь сказать, почему именно свою маму?»
Помолчав немного, Лу Чэнь сказал: «Во-первых, не будь мамы — не было бы и меня. Я бы не смог сегодня сидеть здесь. Во-вторых, мама научила меня очень многим жизненным истинам. Она позволила мне понять, что такое упорство и независимость…»
Несмотря на то, что это была телепрограмма, Лу Чэнь, услышав этот вопрос, все равно хотел раскрыть свою душу.
Он больше всего был признателен своей маме!
Му Жун тихо выслушала Лу Чэня и вновь спросила: «Тогда здесь, в нашем интервью, что бы ты хотел сказать своей маме?»
Поразмыслив, Лу Чэнь ответил: «По правде говоря, я, как и большинство людей, не слишком хорошо умею выражать свои чувства словами. Чтобы сказать любимому человеку то, что у меня скопилось на душе, я использую песню.»
Восточный человек, как и западный, тоже зачастую сдержан в выражении чувств. Не всегда достаточно слов “я люблю тебя”, приходится изъясняться с помощью поступков.
В глазах Му Жун сразу промелькнул блеск: «Тогда прекрасно!»
Ей не пришлось ничего делать. Присутствовавшие в телестудии зрители сами захлопали в ладоши.
Сотрудник принёс Лу Чэню гитару.
Взяв гитару, проведя по струнам и убедившись, что всё в порядке, он сказал: «Это песню я посвящаю своей матери…»
«Она называется Когда состаришься.»*
Он начал слабо перебирать по струнам, заиграв музыкальное вступление. В телестудии сразу воцарилась полная тишина.
Все внимательно слушали звуки гитары и голос сердца Лу Чэня.
«……
Когда состаришься
И поседеешь,
Склонит тебя ко сну.
Когда состаришься
И обессилеешь,
Сядь у огня, вздремни
И вспомни молодость свою.
Ты прелестью своей в сердцах мужских
Рождала бури, свет и темноту.
Но лишь один всё так же любит твою набожную душу
И морщины старческого лика твоего.
Когда состаришься,
И свинцом нальются веки,
То тусклым станет свет.
Подует ветер
И сообщит тебе о том,
Что это песня сердца моего!
……»
Песня «Когда состаришься» была написана на основе известного стихотворения «When you are old» ирландского поэта Уильяма Батлера Йейтса. Изначально стихотворение посвящалось возлюбленной поэта, которую он всю жизнь любил, но так и не сумел добиться её сердца. Стихотворение получилось невероятно эмоциональным.
Теперь же, переделав немного стихотворение, Лу Чэнь исполнял песню для матери. Эта композиция тоже трогала за душу.
Мелодия была спокойной и нежной и сильно отдавала признаками народной песни. Там отсутствовали какие-либо захватывающие кульминационные моменты, но песня оказалась очень глубокомысленной, поэтому не надоедала и глубоко западала в души слушателей.
Красота — хрупкая вещь, а молодость скоротечна. Таковы законы жизни. Радоваться и завидовать внешности, а также тосковать по молодости — это тоже в природе вещей.
Мать посвящает свою молодость детям. И как же отблагодарить её за такую заботу?
«……
Когда состаришься
И поседеешь,
Склонит тебя ко сну.
Когда состаришься
И обессилеешь,
Сядь у огня, вздремни
И вспомни молодость свою.
Ты прелестью своей в сердцах мужских
Рождала бури, свет и темноту.
Но лишь один всё так же любит твою набожную душу
И морщины старческого лика твоего.
Когда состаришься,
И свинцом нальются веки,
То тусклым станет свет.
Подует ветер
И сообщит тебе о том,
Что это песня сердца моего!
Когда состарюсь,
Я надеюсь,
Ещё смогу я эту песнь исполнить для тебя!»