Не стоит упоминания и обещание насчёт следующего нового сериала.
Чжу Шаотай был бы идиотом, если бы позволил отдать конкурентам такое денежное дерево, как Лу Чэнь.
Поэтому, поразмыслив несколько минут, Чжу Шаотай одобрил двустороннее сотрудничество.
Что касалось телекомпании Братья Цянь Дэ, которая могла поделить прибыль от следующего сериала, разве могла она возразить мнению Лу Чэня и Чэнь Фэйр? Для телекомпании лишь важен был вопрос цены.
На первом этапе переговоров обе телестанции предложили 1 миллион юаней за серию.
Тогда за все 20 серий выходило 20 миллионов!
Это была первоклассная цена, но для права на повторную трансляцию такого высоко популярного сериала, как «Осень в моём сердце» это была не слишком высокая цена.
Рабочую студию Лу Чэня, рабочую студию Чэнь Фэйр и Братьев Цянь Дэ это, естественно, не могло полностью удовлетворить. Обе стороны всё никак не могли прийти к окончательному соглашению.
9 и 10 января в эфир на Тяньцзиньском телевидении вышли девятая и десятая серии «Осени в моём сердце».
Средний по всей стране рейтинг составил 1,47% и 1,59% соответственно!
Рубеж в 1,50% был так легко преодолён. На горизонте виднелась возможность достичь 2% и стать феноменальным сериалом.
В то же время общее количество просмотров у «Осени в моём сердце» на FeixunTV перевалило за 1 миллиард. Сериал попал в первую пятёрку по количеству просмотров среди всех сериалов 2015 года на FeixunTV.
При этом пока в эфир вышла лишь половина сериала «Осень в моём сердце». Остались ещё 10 серий, поэтому сериал непременно совершит новые прорывы в плане рейтингов и просмотров. Установка новых рекордов не казалась чем-то невозможным.
По мере того, как сериал преуспевал, всё больше журналистов показывалось на Нанкинской киностудии и особенно на съёмочной площадки «Осени в моём сердце». Если бы не полностью ограждённая местность, можно было бы увидеть силуэты с камерами в руках. Соответствующие новости непрерывно появлялись в разделе развлекательного кино и телевиденья.
Несмотря на то, что таким образом проводилась бесплатная реклама, из-за этого возникли серьёзные последствия. За пределами отеля Лу Чэню и Чэнь Фэйр приходилось постоянно быть начеку. Даже во время приёма пищи они брали с собой помощников. Ни о каких тайных свиданиях не могло быть и речи.
17 января, когда в эфир вышла двенадцатая серия «Осени в моём сердце», после двух месяцев напряжённых съёмок, съёмочные работы этой городской мелодрамы перешли к финальной стадии.
Глава 270. Завершение съёмок
Нанкинская киностудия, Лазурный морской берег.
Лазурный морской берег являлся весьма своеобразной достопримечательностью Нанкинской киностудии. В целом это был огромный искусственный водоём площадью более 6 квадратных километров. На южном берегу расстилалась песчаная отмель длиной более 500 метров. Также были посажены растения и установлены подводные камни. Местность походила на естественный морской берег.
Поговаривали, что весь здешний песок был взят с побережья моря и после очистки превратился в белый красивый песок, в котором также перемешалось множество обломков раковин. Под лучами солнца это место ярко блестело. Берег стал одной из самых излюбленных достопримечательностей туристов на Нанкинской киностудии.
Кроме того, Лазурный морской берег являлся одной из съёмочных площадок для различных крупных съёмочных групп. Проведя здесь съёмки, можно было с помощью монтажа выдать это место за реальный берег моря, что в свою очередь экономило большое количество расходов.
Последняя сцена «Осени в моём сердце» снималась как раз на Лазурном морском берегу.
Солнце уже начало заходить за горизонт, на просторной песчаной отмели одиноко стояла инвалидная коляска.
От коляски тянулись следы одной пары ног, которые вели вдаль.
Неся на спине Чэнь Фэйр, Лу Чэнь неторопливо шёл вперёд. Каждый шаг ему давался с большим трудом.
Одетая в одежду для пациентов Чэнь Фэйр, закрыв глаза, прислонилась лицом к плечу Лу Чэня. Шёлковые волосы были растрёпаны, а лицо было бледным и лишённым всякой жизненности.
Лу Чэнь как будто совершенно этого не замечал. Он шёл навстречу закату. Привлекательное решительное лицо было залито неимоверной скорбью, а в чёрных, как смоль, глазах заключалась пробиравшая до костей боль.
Печальное осознание того, что не в силах помочь любимому человеку, проникало в кровь, в сердце и в душу. Слёзы медленно скатывались по лицу и капали на песок.