Кто-то громко спросил: «Разве можно выставить ещё не написанную песню на аукцион?»
Задал вопрос не какой-то посторонний человек, а Лян Чжихао.
Ему с самого начала не приглянулся Лу Чэнь. Он принял близко к сердцу тот факт, что ему ранее так и не удалось поставить Лу Чэня в затруднительное положение.
Теперь же вдруг выяснилось, что Лу Чэнь выставил на торги всего лишь песню. Это привело в недоумение Лян Чжихао и в то же время дало ему второй шанс высмеять Лу Чэня.
«Кто такой Лу Чэнь? Никто не слышал о нём!»
Хотя Лян Чжихао своими выкриками выглядел крайне невежественно, его вопросы вызвали немалый резонанс среди гостей. Многие устремили свои взгляды на сидевшую в первом ряду Шу Цзин.
Продаваемые на аукционе товары являлись материальной поддержкой гостей. Благотворительный фонд Шу Цзин существовал много лет, и банкеты для сбора средств проводились уже несколько десятков раз. Как же позволили допустить такое недоразумение?
Аукционист обладал богатым опытом. Заметив сложившуюся обстановку, он немедленно объяснил: «Господин Лу Чэнь — известный автор-исполнитель из материкового Китая. Его песни неоднократно добивались особой славы, а в материковых кругах поп-музыки у него очень высокий статус!»
«Гость, что совершит выкуп, получит написанную господином Лу Чэнем песню. Стартовая цена — 10 тысяч юаней.»
Если прежде люди сразу предлагали цену при объявлении товара, то теперь зал погрузился в глубокомысленное молчание.
Атмосфера была неладной.
Лян Чжихао ехидно вымолвил: «Так это материковый, неудивительно, что никто о нём не слышал.»
Его слова в некоторой степени оказали эффект. Многие гости засмеялись, а на лицах некоторых показалась насмешка.
Было бы удивительно, если бы кто-то решил выкупить такой напыщенный товар!
Пожалуй, это был первый случай за сегодняшний аукцион, когда было интересно, что же произойдёт дальше.
«Этот тип…»
Ли Чжэнь была так возмущена, что глаза налились кровью. Лян Чжихао и впрямь перешёл все границы.
Лу Чэнь никак с ним не враждовал, а до сегодняшнего дня они даже не были знакомы друг с другом, но почему-то Лян Чжихао заострял особое внимание на Лу Чэне.
Впрочем, сам Лу Чэнь был очень спокоен. Он утешал помощницу: «Нам незачем обращать на него внимание. Он не стоит того, чтобы из-за него гневаться.»
«Но…»
Ли Чжэнь кусала губы, ей хотелось спросить, как же пройдёт выкуп песни Лу Чэня в связи с бесчинством Лян Чжихао? Какой смысл было здесь оставаться?
Глава 432. Борьба
«300 тысяч!»
В тот момент, когда Лян Чжихао довольно ухмылялся, аукционист неловко молчал, а в зале царила странная обстановка, звонкий голос мгновенно нарушил тишину в банкетном зале.
Теперь взгляды всех присутствующих одновременно понеслись в сторону раздавшегося голоса.
Было лишь видно, как табличку подняла красивая девушка в светло-жёлтом платье. Она с улыбкой сидела возле обеденного стола и как будто совсем не замечала уставившихся на неё со всех сторон удивлённых взглядов. Она снова произнесла: «Я предлагаю 300 тысяч!»
Зал походил на глубокий пруд, в который кинули камень — неизбежно поднялась волна.
«Кто это?»
«Я знаю её, это дочь семейства Сюй.»
«Какое именно семейство Сюй?»
«Ты что, много семейств Сюй знаешь? Обычное семейство Сюй!»
«Если есть деньги, нельзя их впустую растрачивать. За 300 тысяч можно заказать песню у Оуян Дэжуна, а кто такой этот Лу Чэнь?»
«Хе-хе, Сюй Хуэй — младшая напарница Шу Цзин. Видимо, она просто помогает своей старшей напарнице спасти положение.»
«А-а, тогда всё понятно.»
Многие узнали поднявшую табличку девушку и тотчас принялись её обсуждать.
Улыбка застыла на лице Лян Чжихао. Он тоже узнал Сюй Хуэй и услышал, о чём беседовали окружающие.
«Чёртов любовничек пользуется успехом.»
Молодому отпрыску семейства Лян оставалось лишь пожаловаться про себя на то, какой же Лу Чэнь везучий.
Он всё-таки не посмел вымести свой гнев на Сюй Хуэй, поскольку и десятерым таким, как он, было опасно задевать члена семейства Сюй, даже несмотря на то, что девушка являлась прославленной бунтаркой семейства Сюй и не вызывала особой симпатии у родственников.
Вдобавок дядя Лян Чжихао тоже не одобрил бы такой поступок.
В Гонконге семьи знаменитостей были необычайно могущественны. Они считались знатными, если обладали широкими связями и высоким положением и могли оказать влияние на политику и экономику.
Семейство Сюй как раз считалось знатным.
Подняв табличку, Сюй Хуэй мгновенно устранила неловкость, с которой пришлось столкнуться Лу Чэню, и сохранила лицо Шу Цзин.