Две недели, о которых Эля мне говорила, истекли. Но она так и не позвонила. Всё верно. Она уже расставила все точки. Да и зачем встречаться и объясняться с тем, кто получил отставку? Правильно, не зачем. Она же не знала, что я не собираюсь устраивать скандалов. Просто она мне как-то рассказывала, как разводилась со своим мужем и сколько нервов он ей потрепал. Её можно было понять и я её понимал.
За день до того, как скрипка должна была покинуть наш город, у меня получилось украсть её. Я не планировал это, просто так случилось. Я подменил её на свою. Как, не спрашивай, это отдельная история. Я не соображал, что делаю. А когда осознал, стоя на улице и держа футляр от своей скрипки, но внутри которого находились скрипка Амати и смычок, понял, что пути назад нет. У меня было всего несколько часов, может два, или три не больше. Потом только одно, тюремные нары, так как хищение чужого имущества в особо крупном размере, подразумевает только одно – не слабый срок. Но мне было уже наплевать. Был полдень. Я заехал домой и распотрошил все свои деньги. Заехал в цветочный магазин, скупил там все розы – белые, красные, розовые, желтые. Все, которые там были. Там же оплатил фургончик, на котором мне нужно было доставить их по адресу. Сам же и сел в фургончик. Мы приехали к зданию организации, где работала Элина. По моему указанию, заехали во двор, благо там был не пропускной режим. Окно кабинета Эли выходило как раз во двор. Там был разбит газон и имелись пара беседок, куда выходили сотрудники покурить или просто посидеть в обеденный перерыв, если была хорошая погода. Вот и сейчас несколько человек сидели в этих беседках. Цветы мне водитель помог выгрузить. Я даже оплатил пластмассовые вазы, в которых были розы. Мы расставили их полукругом. Народ заинтересованно на нас смотрел, ничего не понимая. Многие окна были раскрыты. Оттуда стали выглядывать другие работники организации. Водитель уже тронулся к выходу, как во двор въехали под звуки сирены две милицейские машины и одна машина с тонированными стёклами с номерами администрации губернатора. Его фургон моментально тормознули стражи порядка. Вот чёрт. Я не успел. Ничего не успел. Я стоял, держа в руках скрипку и смычок.
- Решетов! Не двигайтесь! – Прокричал мне один из гражданских. Это оперативник, понял я. Помимо четверых в форме были ещё пятеро в гражданке, но с оружием. В руках у них всех были пистолеты. Они шли ко мне, не торопясь. А чего торопится? Бежать мне всё равно было некуда. – Положи на землю аккуратно скрипку и подними руки.
- Зачем?
- Чтобы она не пострадала.
- Вы будете в меня стрелять?
- Если нужно будет, то применим оружие. Не вынуждай нас.
- Стойте на месте. Мне терять уже нечего. – Крикнул им. Они остановились.
- Решетов! Тебе некуда бежать.
- А кто сказал, что собираюсь куда-то там бежать?
- Зачем тогда всё это?
- Вам не понять. Я хочу поговорить с синьором Марчезинни. Я вижу он тоже здесь.
- Всем оставаться на своих местах.- Крикнул мужчина, вышедший вместе с итальянцем из машины губернатора. Ба, да это сам губернатор. – Не дай бог пострадает инструмент, вы у меня потом не расплатитесь. – А вот это он явно сказал милиции. Седовласый хозяин скрипки направился ко мне. С ним рядом шла молоденькая девчушка. Это его секретарь и переводчик в одном флаконе,
- Молодой человек, - обратился ко мне Марчезинни, - я надеюсь, что со скрипкой всё в порядке?
- Всё нормально, вот возьмите. – Я протянул её ему. Он взял аккуратно, как маленького ребёнка. На его лице было облегчение. Потом он глянул на меня. – Зачем Вы это сделали?