— Очень хорошо вас понимаю. Руководство такими крупными организациями требует просто ужасно много времени и сил, отбирая его у отдыха и личной жизни. Хотя я в последнее время все же стараюсь себе не отказывать в этих мелких радостях. Возраст не позволяет о себе забыть и вынуждает все чаще и чаще брать время на передышку — воркующим голосом проговорила целительница, при этом сцепляя пальцы на столе и явно напоказ поджимая плечами свою идеальную грудь — Может быть и вы найдете небольшой перерыв в своем насыщенном рабочем дне и выделите один вечер на ужин в ресторане. Тут полгода назад открылось одно интересное место радующее людей пряными блюдами далекого востока. С поварами академии эти темнокожие мастера конечно не сравнятся, но…
— Не стоит, Самора. Вы же знаете, что я с огромным уважением отношусь к вашему почившему мужу, так как он был не только моим боевым товарищем, но и очень хорошим другом. Поэтому не стоит. Не хочу портить свою память о нем, ради кратковременной радости плоти. Да и… Как вы до этого сказали, возраст напоминает о себе. Мне вполне хватает редких встреч с госпожой Далькорн. Представьте себе, нам для этого даже с работы уходить не нужно. Очень удобно и практично получается — отказался от слишком явного предложения околокроватного характера Захар, в конце постаравшись свести все в глупую шутку. Ну а не увидев на лице собеседницы и намека на улыбку, решил отказаться от этой неудобной темы и перетянуть ее внимание на рабочие моменты — Давайте ограничим нашу близость переходом на «Ты». Мы с вашим супругом проходили через такие передряги, что нынешней молодежи не снились даже в кошмарных снах. Да и с вами мы уже очень давно знакомы, а до сих пор отчего-то выкаем друг другу, словно чужие — предложил ректор и повел рукой, указывая на стол и недвусмысленно намекая на необходимость вернуться к своим делам.
— Очень рада что твоя память об Иваре, не мешает хотя бы этому — негромко проговорила явно недовольная отказом женщина, все же принимая предложение перейти на «ты» и нехотя подтягивая к себе две папки с документами. Отбросив ненужное кокетство и провалившиеся тактики соблазнения, Самора откинулась в огромном удобном кресле и, закинув на угол стола свои идеальные ножки, наконец-то взялась за чтение первого листка.
Глава же академии, в некоторой мере противореча своим словам, во время ожидания просто любовался этой прекрасной во всех отношениях женщиной. Перешагнувшая недавно уже восьмой десяток, слегка помешанная на своей красоте целительница цепко держала свою внешность в рамках тридцати-сорока лет, прилагая к этому делу немало своего времени и сил. Нет, во время замужества с Иваром, она была идеальной и искренне любящей женой. К сожалению потрепанный войной боевой товарищ оказался куда сильнее подвержен старению и не прожил после наступления мира и полудюжины лет. Сгорел, словно тлеющая спичка, несмотря на все усилия своей благоверной. Отращенная заново кожа стремительно ссыхалась, замененные глаза быстро слепли, заново созданные органы практически сразу начинали давать сбои. Как же она намучалась с ним… при этом, как верная жена, не забывая о своей любви к нему ни на минуту. Ну а когда старый друг все же покинул этот мир, отправившись в бесконечный круг перерождений… После нескольких месяцев тяжелой скорби, Самора просто отпустила вожжи, и, видимо пытаясь заместить какую-то внутреннюю боль, решила наполнить свою старость большим количеством страсти и мужчин. И столь эффектная внешность отлично помогала ей в этом устремлении. Так хорошо помогала, что даже Захар, несмотря на всю свою выдержку, глядя на эти прекрасные ножки, с каждым мгновением ожидания начинал все сильнее жалеть о своем поспешном отказе от похода в ресторан.