— Твои новые знакомые… — женщина замялась, подбирая слова. — Они очень дурно на тебя влияют. Этот бармен, Райан, кажется...
— Рой, — поправила Амелия.
— Из-за него ты попала в неприятности. Он тебя завел непонятно куда, непонятно зачем. А если бы он бросил тебя посреди того безумия?
— Но не бросил же, — резонно отметила Лия.
— Это все равно был большой риск. Могло произойти все что угодно, понимаешь? — Лия хотела прервать мать, но ту уже было не остановить. — Ты девочка осторожная, но все равно не смогла обойти стороной дурную компанию. А еще та певичка… Завязала драку — какое безрассудство!
В такие моменты Лия жалела, что ничего не может утаить от матери. Иногда молчание облегчает жизнь. Если бы она не рассказывала о новых знакомых из Вест-Сайда, мать не сложила бы о них негативное впечатление. Ей было достаточно лишь пары слов, чтобы представить самые отрицательные образы и повесить на незнакомых людей все страшные грехи. Амелия еще в детстве усвоила, что спорить с матерью бесполезно, поэтому теперь просто выслушивала ее недовольную речь.
— Но все обошлось! — все же не выдержала она, чуть повысив голос. — Зачем ты поднимаешь столько шуму из ничего?
— Амелия! — опешила мать. — Следи за своим тоном, пожалуйста, — в ее голосе появились суровые нотки, заставившие пристыженно понурить голову. По привычке Лия уже упрекала саму себя, за то что посмела перечить. Мать чуть смягчилась и вновь обхватила ее плечи. — Иногда ум не отменяет доверчивости, милая, — с пониманием сказала она. — Ты можешь считать этих людей своими друзьями, но им не нужна твоя дружба, запомни.
Амелия хотела возразить, но поняла, что мать не желает слышать никаких возражений, и кротко кивнула. Ей на миг стало обидно, что мама так презирала и осуждала ее окружение. О, Лия отлично знала, кого бы та хотела видеть рядом с ней. Кого-то вроде Ричарда Маркса, чтобы можно было всегда оставаться за его надежной спиной… или за туго набитым кошельком. Лию чуть не передернуло от мысли, что ей станут навязывать отношения с ним. Нет, этого она не стерпит.
Под пристальным взглядом матери Амелия спустилась по лестнице и выскользнула на улицу. Холодный ветер ударил в лицо, и она прикрыла глаза, мелко поежившись. После посмотрела перед собой да так и замерла. Напротив крыльца, где она стояла, за ажурным забором, располагался соседский задний двор. Расстояние было небольшим, и даже со своим зрением Лия разглядела подозрительную фигуру, которая юркнула из дома к маленькой калитке. Насколько она знала, этот выход был для прислуги. Но не в том суть! Лия была уверена на все сто процентов, что сейчас видела Питера Уайлда, который спешно покидал дом ее соседей. Вот уж кого она точно не ожидала здесь встретить. Что этот неотесанный грубиян забыл у Седрика Ротта? И почему выходил через задний двор, будто бы сбегал? Амелия нахмурилась: какое-то уж слишком странное стечение обстоятельств. Она была уверена, что Уайлд и в район-то их ни за что не забредет, не то что в чужой дом. По возможности она у него непременно об этом спросит. Хотя, признаться честно, ей не сильно хотелось заводить с ним беседу.
Лия встрепенулась и поторопилась к кованым воротам, плотнее укутываясь в шарф. Через полчаса она сошла с автобуса и поспешила по узким улочкам к зданию клуба. «Oblivion» встретил ее зазывающей вывеской и радушно пустил в свои двери. Первым же делом Лия увидела двух парней, которые проверяли аппаратуру на сцене. Значит, очередной концерт. После Сары здесь выступало еще несколько исполнителей, и ни один из них не давал толпе заскучать. Лия заметила, что именно рок-концерты пользовались особой популярностью у местной публики; но был и один бойз-бенд с легкой поп-музыкой, который также собрал град аплодисментов. Здесь у всех выступающих находились свои поклонники.
С музыкой и работать было приятнее, поэтому Лия слегка улыбнулась в предвкушении концерта. Когда она вернулась из раздевалки, в зал уже запускали первых посетителей. Роя за барной стойкой не оказалось, и он появился с опозданием, тысячу раз извинившись перед Лией, которая уже во всю выполняла заказы.
— Ой, mon amie, — как-то обеспокоенно сказал он спустя время, вглядевшись в ее лицо, — ты, что, плакала?
Амелия не сразу поняла его вопрос и удивленно моргнула. Затем она догадалась, что он имел в виду ее красные глаза, и тогда ей даже польстило его внимание и волнение.