Рэй запрыгнул в люк и замер, уставившись на нее во все глаза.
— Не ожидал, — протянул он, даже не думая отворачиваться. Наоборот, рассматривал внимательно, будто какой-нибудь ценный раритет, который следует немедленно изучить со всей тщательностью. Чего там больше — интереса или опасения, что раритет окажется не таким уж ценным, Ами по его лицу понять не могла. И пошевелиться не могла — снова, как после лагеря, напал ступор. Взгляд Рэя будто тек по коже, растекался жаром от шеи и до лодыжек. — Мне выйти и постучать?
— Отвернись, — едва выдавила она. Было страшно, стыдно и… волнующе? Неправильно… как будто все ее понятия о приличиях в секунду разлетелись вдребезги! Но ведь так не должно быть?
Рэй, хмыкнув, отвернулся, и она метнулась к рундуку. Выдернула комбинезон, натянула так поспешно, будто от скорости зависела жизнь. Руки тряслись, пуговицы не попадали в петли, отказывались застегиваться. Но наконец-то справилась и, сгорая от стыда, сообщила:
— Можешь смотреть.
— Теперь уже не так интересно, — он рывком втянул лодку в отсек и только тогда обернулся. — Точно. Совсем неинтересно. Почему сразу не надела? Лазить по скалам и валяться на камнях лучше было бы в этом.
«Потому что тебя стеснялась?» — нет, Ами скорее умерла бы, чем призналась, что хотела выглядеть красивой для него. Не после того как он увидел ее вообще всю и без ничего!
— Жарко, — выдала она первую пришедшую в голову причину. В самом деле — летом на юге длинные рукава почти невесомой батистовой блузки — совсем не то, что длинные рукава брезентовой спецовки! Пусть даже брезент — одно название, намного тоньше, чем тот, из которого делают тенты и чехлы.
— Ну да, теперь в самый раз.
Ами отвернулась. Наверное, этого следовало ожидать? Она не раз слышала, что мужчины и сами не придают значения одежде, и не понимают, почему женщины так внимательны к своим нарядам. Некоторые особенно нахальные даже прямо заявляют, что лучший наряд девушки — его отсутствие! Правда, тот же Тиал Беррингер отличался весьма тщательным подходом к гардеробу. Но ведь нет правил без исключений?
Судя по звукам, за ее спиной Рэй возился с лодкой — сдувал, сворачивал и даже сам нашел, куда убрать. Ами была занята — боролась с досадой и смущением. Хорошо, что он больше ни о чем не спрашивал.
Спросила она:
— Поесть хочешь? Или чаю? У меня здесь консервы, и спиртовка есть, чай вскипятить.
— Чай я и без спиртовки вскипятить могу. Но нет — пора вернуть тебя обществу, иначе, боюсь, твою репутацию уже ничто не спасет. Сейчас, только разоружусь.
Ами осторожно обернулась. Все это время она опасалась встретиться с Рэем взглядами, но теперь-то он будет занят другим… Беспокоится о ее репутации, надо же. Как будто после того, как они улетели куда-то вдвоем на полдня, лишний час будет иметь значение. Почему только сама Ами совсем об этом не подумала, соглашаясь на... экскурсию? Да, пожалуй, если кто спросит, придется называть их сегодняшнюю авантюру именно так. Господин Брандер предложил осмотреть местные достопримечательности. Ну и... как там говорят в таких случаях? «Я доверилась его чести?»
Рэй склонился над сумкой — укладывал свои обвязки, патронташи, браслеты, кобуры — весь тот арсенал, что нацепил перед походом. Сейчас Ами разглядывала не бесчисленное оружие, а самого Рэя. Бугрились на нем не только кобуры и перевязи, он и сам… Ами вспыхнула от мысли: «Очень даже хорош!»
Тигр на его спине довольно щурился, и почему-то казалось — следит. Даже когда она шагнула в сторону, тигриные янтарные глаза продолжали смотреть прямо на нее. «Ты-то меня не видел!» — мысленно прикрикнула Ами, и нарисованный зверь усмехнулся.
Ами зажмурилась и затрясла головой. Открыла глаза. Рэй выпрямился, и тигр как будто задремал. Наглая тварь.
Почему-то лишь теперь Ами заметила, что джинсы на Рэе сухие. «Да на тебе белье сушить можно», — мысленно усмехнулась она. Смущение отступало. И хорошо — все-таки еще обратно лететь, и нужно собраться, взять себя в руки. Попереживать лучше после. В безопасности.
Она хотела сказать: «Садись, полетим»... но в голове словно перемкнуло что-то, и из губ вырвалось неожиданное для нее самой: