Лина невольно улыбнулась и поинтересовалась:
– А вы здесь часто бываете? – она постаралась, чтобы вопрос прозвучал как можно нейтральнее.
– Да почти каждый день, – гордо улыбнулась дама. – Думаю, что пару часов в сутки вполне могу посвятить себе, дорогой и любимой. Землетрясение из-за этого в квартире точно не случится… Меня, кстати, зовут Лейла, а вас?
– Я почти ваша тезка, меня зовут Лина, – представилась Лина и как бы невзначай поинтересовалась:
– Может, вы недавно встречали здесь девушку… Рыженькую такую… Молоденькую, хорошенькую, как эльф…ну, или как Наталья Водянова в ранней юности…
– Дорогая моя, все юные девушки – хорошенькие, – расхохоталась Лейла. – Мы с вами тоже когда-то были очень и очень неплохими, ведь, правда? У меня, например, в молодости талия была почти, как у Гурченко.
«Была, да сплыла», – с тоской подумала Лина, скосив глаза на внушительный живот Лейлы.
– А что это за девушка? Зачем спрашиваешь, уважаемая? – насторожилась дама.
Лина вздохнула:
– С этой девушкой случилось большое несчастье.
– Боже мой, перестаньте! Я и так воды боюсь, а вы меня пугаете… Она утонула?
– Нет, она погибла по-другому. Девушка скончалась в спортивном зале. Во время занятий.
– Вот! Я всегда это говорила! – пробормотала вполголоса собеседница и, отыскав в бассейне другую такую же матрону, правда, моложе ее лет на двадцать, крикнула в полный голос:
– Мананочка, доченька, я всегда говорила, что от этих тренажеров-шмонажеров один вред! Ты слышишь меня, моя красавица? Одна девушка недавно умерла в тренажерном зале. Я запрещаю тебе, доченька, ходить на эту проклятую беговую дорожку, и садиться на этот ужасный тренажер-шмонажер. Ты и так красавица! Давай, детка, зайдем еще разок в хамам и будем собираться домой. Кушать пора!
Внушительная Манана. отдуваясь, с трудом выбралась из бассейна и, подрагивая необъятными бедрами, прошествовала мимо джакузи.
– Так что же та девушка? Лейла, вы видели ее? – напомнила Лина.
– Я бы не стала называть ее девушкой, – назидательно сказала Манана. – теперь я, кажется, поняла, о ком вы говорите. Весьма развязная рыжая особа. Вот так ее, пожалуй, можно назвать. Она так громко хохотала, так много болтала, носила такие короткие юбки…. Все – чересчур, как у вас говорят. Однажды я случайно увидела ее в холле с каким-то солидным господином. Нет, вы послушайте, он целовал ее совсем не так, как целуют дочь. Впрочем, скажу я вам по секрету, даже молодую жену так не целуют на людях. У нас на Востоке после таких целовашек-обнимашек в публичном месте девушку никто замуж не возьмет!
– Она умерла, – напомнила Лина. – Давайте не будем говорить о ней плохо.
– Очень жаль, – пожала плечами Лейла. – Сочувствую, но ничего больше сказать о ней не могу. Таких девушек сейчас вокруг – тьма тьмущая… И куда катится мир? Ну, ладно, пока, увидимся.
И дама, взгромоздившись со вздохами-охами на полные и круглые, как две дыньки-колхозницы, колени, не без труда извлекла свое стопудовое тело из джакузи.
Улыбка на сто тысяч
«А, так вот в чем дело! – получив информацию от восточной матроны, Лина почувствовала себя троечницей, своевременно не расслышавшей подсказку судьбы и решавшей совсем не ту задачу, которую продиктовал учитель. – Если погибшая девушка и вправду была содержанкой богатенького папика., то докопаться до истины в наш век тотальной коррупции и милицейских подтасовок будет очень и очень непросто. Ясно, что заключение судебных медиков в итоге окажется таким, какое устроит богатого покровителя. Едва ли следак, которому поручили вести это дело, откажется получить неофициальную прибавку к своей маленькой зарплате, тем более, что дело простое, как задачка для третьего класса. Жертва мертва, причина её гибели банальна – сердечный приступ. В общем – подозреваемых нет, а руководству клуба можно для порядка несоблюдение техники безопасности впаять… «Папик» готов раскошелиться, чтобы дело не получило ненужную огласку. По большому счету, немолодого Ромео волнует только одно: лишь бы о романе с погибшей девушкой не пронюхала его ревнивая женушка и не подала на развод с разделом имущества. Хоть супруга и привыкла к амурным похождениям своего благоверного, однако не откажет себе в удовольствии срубить денежек за моральную компенсацию. Тем более, что все чувства и страсти остались далеко в прошлом. Одним словом, «папик» постарается, чтобы полиция закрыла это дело за отсутствием состава преступления. И все останутся довольны. Следак получит неплохой гонорар за неразглашение пикантных подробностей личной жизни хозяина клуба, а тот будет тайно вспоминать рыжеволосую красавицу лишь изредка – когда выпьет лишние сто граммов виски и захочется вырваться из надоевших будней.