Мистер Темплтон с удовольствием принял ее приглашение. Этим вечером он совершенно свободен. Время его полностью устраивает. Он очень обязан миссис Форрест.
«Может быть, вы, мистер Темплтон, будете столь великодушны, что сохраните свой визит в тайне? Мистер Форрест и его ищейки все еще следят за мной, а соглашение о разводе должно быть подписано лишь в конце месяца. Мне сейчас совсем не нужны неприятности. Будет лучше, если вы доедете на метро до Бонд-стрит, а затем пешком дойдете до моего дома: если вы поедете на машине, ее придется оставить у подъезда, что вызовет подозрения, а если возьмете такси, то потом водитель сможет свидетельствовать против меня», - елейным голоском пояснила миссис Форрест.
Мистер Темплтон, как настоящий рыцарь, обещал последовать ее указаниям.
Миссис Форрест сказала, что будет ждать его в девять часов.
– Бантер!
– Да, милорд?
– Я ухожу. Меня просили не говорить куда, так что я не скажу. С другой стороны, мне не хотелось бы исчезнуть бесследно с лица земли - выражаясь фигурально, - поэтому я в запечатанном конверте оставляю адрес. Если я не вернусь до завтрашнего утра, меня можно будет считать свободным от моих обязательств, не так ли?
– Совершенно верно, милорд.
– Если по этому адресу меня не будет, думаю, придется поискать где-нибудь в другом месте - например, в Эппингском лесу или Уимблдон-Коммон.
– Очень хорошо, милорд.
– Кстати, вы сфотографировали отпечатки пальцев, которые я передал вам некоторое время назад?
– О да, милорд.
– Потому что, возможно, мистеру Паркеру они понадобятся для расследования, которое ему придется провести.
– Ясно, милорд.
– Это не имеет никакого отношения к моему сегодняшнему походу, вы понимаете?
– Безусловно, милорд.
– А сейчас принесите мне каталог Кристи. Я собираюсь пойти на аукцион, а потом пообедать в клубе.
И, выбросив из головы предстоящий визит, лорд Уимзи направил свои интеллектуальные и финансовые возможности на то, чтобы, повышая ставки, заставить раскошелиться своих оппонентов - задача, как нельзя лучше соответствовавшая его озорному настроению.
Питер - мистер Темплтон - честно выполнил данное обещание и пешком добрался до дома на Южной Одли-стрит. Как и в первый раз, миссис Форрест сама открыла Дверь. Тот факт, что у нее, по всей видимости, не было ни служанки, ни компаньонки, на первый взгляд показался ему весьма необычным. Однако затем лорд Уимзи решил, что наличие дуэньи хотя и оправдывало бы миссис Форрест в глазах общества, но при определенных обстоятельствах могло бы оказаться для нее губительным. Похоже, эта дама придерживалась вполне здравого принципа: никаких сообщников. Многие злоумышленники, вспомнилось ему, «погибли вотше, не сумев соблюсти правил простых - их не больше пяти».
Миссис Форрест извинилась за то, что доставила мистеру Темплтону столько неудобств.
– Видите ли, я никогда не знаю, следят за мной или нет, - объяснила она. - Чистой воды издевательство. С учетом того, как муж обращался со мной, пока мы жили вместе, это просто чудовищно.
Ее гость согласился, что мистер Форрест должен быть настоящим чудовищем, хотя про себя и заметил, что чудовище это, скорее всего, вымышленное.
– Итак, вы, наверное, гадаете, зачем я пригласила вас сюда, - продолжала очаровательная леди. - Прошу вас, присядьте. Да-да, на диван. Что вам предложить: виски, кофе?
– Кофе, если можно.
– Дело в том, - сказала миссис Форрест, - что с тех пор, как мы виделись с вами, у меня появилась информация по поводу того дела. Я сама была в похожем положении (легкая усмешка)… и очень сочувствую жене вашего друга.
– Сильвии, - проворно вставил Уимзи. - О да! Она, конечно, женщина резкая, но в данном случае у нее были все основания так себя вести. Бедняжка! Ужасно чувствительная - до сих пор не может прийти в себя, знаете ли.
– Еще бы. - Миссис Форрест покачала головой в причудливом тюрбане. Замотанная по самые брови в золотистую ткань, с двумя полумесяцами осветленных волос, прилепленными к щекам, в экзотическом восточном костюме, украшенном вышитыми драконами, она выглядела как юный принц из сказок «Тысячи и одной ночи» Ее пальцы, унизанные кольцами, так и порхали над кофейными чашками.
– Так вот, я очень серьезно отнеслась к вашим словам, и хотя - как я уже говорила - это не имело никакого отношения ко мне, я заинтересовалась этим делом и упомянула о нем в письме к своему другу - тому, который был у меня тем вечером.
– О, - произнес Уимзи, принимая чашку с кофе из ее рук, - очень мило с вашей стороны.
– Он - мой друг - сейчас находится за границей. Письмо не сразу попало к нему, поэтому ответ пришел только сегодня. - Миссис Форрест несколько раз отпила из чашки, словно пытаясь собраться с мыслями, и продолжала: - Его письмо меня слегка удивило. Он напомнил мне, что после ужина ему стало душно, и он открыл в гостиной окно - вот это, - которое выходит на Одли-стрит. Под окном он заметил машину - небольшую, с поднятым верхом, черную или темно-синюю, в общем, темную. И вот, пока он глядел на нее - просто так, знаете, как это бывает, - из дома вышли мужчина и женщина, но не из нашего подъезда, а из другого - на один или два левее, - сели в машину и уехали. Мужчина был в смокинге, и мой друг решил, что это мог быть ваш знакомый.
Лорд Питер, поднесший было чашку к губам, замер, внимательно прислушиваясь к ее рассказу.
– А девушка тоже была в вечернем платье?
– Нет - и это моему другу показалось особенно странным. Она была в обычном темном костюме и шляпке.
Лорд Питер постарался поподробнее вспомнить одежду Берты Гоутубед. Неужели он наконец-то докопался до правды?
– Хм… это очень интересно, - пробормотал он. - А больше ваш друг ничего не запомнил?
– Нет, - миссис Форрест с сожалением вздохнула, - но он пишет, что мужчина обнимал девушку за талию, словно она нехорошо себя чувствовала, и говорил: «Свежий воздух пойдет тебе на пользу». Но вы не пьете ваш кофе!
– Прошу прощения. - Уимзи отвлекся от своих размышлений. - Я пытался кое-что сопоставить, так сказать, сложить два и два. Ах да, кофе… Вы не будете против, если я вылью этот и попрошу вас налить мне другой, без сахара?
– О, прошу прощения! Мне казалось, мужчины всегда пьют черный кофе с сахаром. Дайте мне чашку - я его вылью.
– Позвольте, я сам. - На столе не было мисочки для опивок, поэтому Уимзи быстро вскочил на ноги и вылил кофе в цветочный ящик, стоявший на подоконнике. - Вот и все. А как вы - выпьете еще чашечку?
– Благодарю, для меня это слишком - потом не смогу уснуть.
– Совсем немного!
– Ну что ж, если вы настаиваете. - Она наполнила обе чашки и отпила из своей. - Собственно, это все, что я хотела вам рассказать. Думала, вы захотите знать.
– Весьма любезно с вашей стороны, - сказал Уимзи. Они еще немного поговорили - о театре («я, знаете ли, редко выбираюсь из дому; все из-за этого бракоразводного процесса») и книгах («обожаю Мишеля Арлена»). «Читали ли вы Влюбленных юношей?» - «Нет - совсем недавно заказала их в библиотеке. Может быть, вы мистер Темплтон. хотите чем-нибудь перекусить? Выпить? Бренди? Ликер?» «Нет, благодарю вас. Кажется, мне уже пора спать».
– Нет, прошу вас! В эти длинные вечера чувствуешь себя такой одинокой! - В ее голосе сквозило отчаяние. Лорд Уимзи снова сел на диван.
Миссис Форрест начала сбивчивый и путаный рассказ о своем «друге». Она стольким пожертвовала ради него! А сейчас, когда развод стал почти что свершившимся фактом, у нее появилось ужасное чувство, что ее друг уже не так пылок с ней, как в былые времена. Женщины переживают такое очень тяжело, да и вообще жизнь - нелегкая штука.
И так далее, и тому подобное.
Минуты летели, и у Питера возникло неприятное чувство, что она пристально наблюдает за ним. Она говорила торопливо, перескакивая с темы на тему, но как-то безжизненно, принужденно, тогда как выражение ее глаз свидетельствовало о том, что она тянет время, будто дожидается чего-то. Она напоминала ему человека, которому предстоит хирургическая операция: он знает, что ему станет лучше, но все равно тревожится за ее исход. Кое-как он поддерживал этот бессмысленный разговор, при этом перебирая в голове разные объяснения странному поведению собеседницы. Внезапно он осознал, что она - неуклюже, перебарывая себя - пытается соблазнить его. Сам по себе этот факт не показался Уимзи особенно удивительным. Он был достаточно богат, хорошо воспитан и привлекателен для того, чтобы за свои тридцать семь в достатке получать подобные авансы. И не всегда от женщин опытных. Ему встречались и совсем наивные, и те, кто старательно имитировал наивность. Однако столь неприкрытое заигрывание со стороны женщины, у которой, по ее собственным словам, имелись и муж и любовник, выходило за рамки всех его предыдущих опытов. Кроме того, она не вызывала в нем никакой ответной реакции. Миссис Форрест казалась достаточно миловидной, однако, она отнюдь не привлекала его. Несмотря на яркий макияж и необычное одеяние, она выглядела какой-то бесполой. Паркер - человек с жесткими представлениями о морали и ограниченным кругозором - не был чувствителен к эманациям подобного рода. Уимзи же сразу уловил в ней холодность, еще сильнее давшую о себе знать именно сейчас. Никогда еще он не встречал женщины, в которой «великое Нечто», столь превозносимое миссис Элинор Глин, отсутствовало бы столь бесповоротно.