— Отдай, или я расскажу о тебе кое-что неприятное.
— Нет, ты точно в детство впала, — Кристина вынула пульт и увеличила звук.
— Кристину из школы собираются выгнать. Я вчера ее разговор с тетей Таней услышала, — нарочито громко сказала девушка.
Татьяна отвернулась, и по ее закрытым глазам можно было понять, насколько усиленно она пытается совладать с собой. Светлана и Виктор с интересом повернули головы к Даше.
— Тань, это правда? – спросила Светлана.
— Да.
Виктор осуждающе покачал головой. В институте он не получил красный диплом, но в школе был отличником. Светлана сделала свою фирменную многозначительную улыбку.
— Кристина, ну кто бы сомневался, что от тебя не будет проблем. Ну почему ты такая? – женщина задала традиционный для Люберецких вопрос и, как и мама, перечислила достижения всех членов семьи и их родственников, не забывая подчеркивать ничтожность Кристины. А в конце задала еще один традиционный вопрос:
— Вот тебе не стыдно? На себя плюнула, а на мать то зачем? Ты хоть представляешь, как это унизительно, когда столько надежд было на ребенка, и вроде все есть, а ребенок не вышел?
— А может, я не хочу быть как все в семье и оправдывать мамины надежды? – Кристина кинула пульт на диван и пошла в свою комнату.
— Танюш, ты не расстраивайся, — сочувственно, но при этом с легкой улыбкой сказала Светлана. Татьяна кивнула. Даша обняла маму и прошептала:
— Ты меня любишь?
— Конечно, — Светлана прижала к себе дочь.
Через неделю Татьяна вошла в комнату к дочери и сообщила:
— Тебя решили не отчислять из школы. Ты там в какой-то олимпиаде место заняла, и директор дала тебе еще один, последний шанс.
— Ну, слава Богу, — Кристина переодевала школьную форму на домашнюю одежду. Натянув на себя майку и лосины, она принялась развешивать все в шкафу. Татьяна взяла лежащий на кровати ремень от штанов.
— О, дай мне его, — Кристина подошла к маме и протянула руку, но женщина вдруг повалила дочь на кровать.
— Что ты делаешь?! – Кристина попыталась встать, но мама прижала ее ладонью и принялась наносить удары ремнем.
— Мам, не надо, мне же больно! – Кристина извивалась, но Татьяна била и била, даже не глядя, куда попадает, нанося удары по всему телу.
— Ай, ай, ай! Хватит, пожалуйста, хватит! – девочка кричала, слезы потекли по лицу.
— Хватит? А тебе не хватит меня позорить? Не хватит тебе так себя вести? Не хватит меня разочаровывать? Хотя здесь можешь продолжать, ты уже и так показала всем, какая ты. Тебе не хватит? Сколько можно? Это твоя вина, что мне стыдно. Мне стыдно из-за тебя! – Татьяна кричала и била, кричала и била. Она остановилась только тогда, когда Кристина затихла и перестала дергаться.
— Ты станешь нормальным ребенком? – тяжело дыша, спросила женщина.
— Да, — шепот был еле слышен.
— Громче и четче!
— Да, — из последних сил Кристина подняла голову и крикнула, а потом уронила лицо на руки. Убедившись, что окончательно сломала дочь, мать отступила.
От дверей детской быстро отошел в спальню Виктор.
— Не буду я больше сатириком! – Кристина дочитала рассказ из «Денискиных рассказов» и закрыла книгу. – Ну все, теперь ложись и засыпай, я схожу в душ и тоже лягу.
— Я люблю тебя, — Арина обняла сестру, но девушка резко отодвинулась и сморщилась.
— Что это? – Арина задрала рукав футболки и увидела на руке Кристины большие синяки.
— Это я упала.
— Странно ты упала. У тебя и на ногах такие же. И на спине. Я видела, когда ты переодевалась. Это тебя мама побила, да? За то, что тебя чуть не выгнали? – Арина внимательно посмотрела сестре в глаза. Кристина встала и отвернулась.
— Это неважно. Спокойной ночи.
Девушка вошла в ванную и заперлась. Она медленно сползла по кафельной стене. Сначала она тихо плакала, но потом начала бить ладонью по стене и кричащим шепотом произносить:
— Я не могу по-другому. Я не могу по-другому.
Соседи и прочие неприятности
— Джеб левой, кросс правой. Кросс левой, джеб правой…
В коридоре послышался звук проворачивания ключа в двери. Кристина оставила боксерскую грушу, сняла перчатки и вышла из комнаты.
Входная дверь была открыта. Мама стояла в проеме, рядом – Ирина. Они смеялись на весь подъезд.
— Ой, хорошо посидели. Ладно, я пошла, своих малых проверю. Пока, — Татьяна, продолжая смеяться, закрыла дверь и принялась разуваться. Кристина прислонилась к косяку.
— Ты была у Ирины?
— Да, зашла к ней после работы. Посидели немного. Сегодня же пятница, надо развеяться. Ты согласна?
— Да, — проходя мимо мамы, девушка учуяла легкий запах алкоголя.