— Ну, можно и так сказать.
— Конфликт отцов и детей – это когда все просто спорят. А когда они смеются, обзывают и бьют тебя за то, что ты не такая, как они – это уже не просто война поколений. Потому что, какой бы эта проблема не была традиционной, никакие разные мнения и представления о жизни и друг друге не должны ссорить и унижать, — высказалась Кристина.
— Кристина, отлично сказано! – похвалил один из юных прихожан.
Все похлопали.
— Ну, тогда у меня нет насилия, — сказала Альбина, потупив взгляд.
— Не стоит придираться, Альбинушка. То, что у родителей есть недостатки, не делает их монстрами по любому поводу. Истории Кристины – отличный повод сравнить и начать больше ценить своих близких, — самый старший лидер, 40-летний Георгий незаметно оказался за их спинами.
Все похлопали ему и принялись утешать Альбину, чтобы она не стыдилась своих мыслей. Потом пришло время молитв и прославления.
Вернувшись домой, Кристина еще раз прокрутила в голове сегодняшнее собрание и решила спустя неделю после избиения (она предпочитала называть это именно так, а не просто дракой, потому что знала, что ее сестра слабее и беззащитнее) все же извиниться перед Ариной.
Когда мы с мамой ссоримся, она требует, чтобы я немедленно перед ней извинялась, неважно, кто виноват. Но я не могу извиниться сразу, мне нужно все обдумать, переварить. Извиняться – вообще нелегкое дело. Даже если я понимаю, что виновата и прихожу просить прощения у мамы, она мне не верит и не прощает, потому что я долго думаю, называет обнаглевшей тварью. Надеюсь, сейчас это не сыграет со мной злую шутку. Господи, почему я такая ненормальная? Психичка, которая всегда урод?
Кристина присела на диван.
— Арин?
— Да – девочка отложила рисование.
— Я хотела попросить у тебя прощения за тот мой поступок. Я побила тебя, это было несправедливо и жестоко. Прости меня. Я очень постараюсь загладить свою вину.
Арина обняла ее.
— Ничего. Я тоже не хотела плохо себя вести, как говорит мама и тетя Света, провоцировать.
— Нет, ты не виновата. Я действительно иногда похожа на маму. Я и так психичка, — Кристина натянуто улыбнулась. – Но я сделаю все, чтобы никогда так больше себя не вести.
— Знаешь, мне так страшно.
— Почему?
— Ну, я смотрю на вас всех. Наша семья, особенно мама и тетя Света… они как эти… боги, вот. А я такая глупая. И мама мне часто говорит, что я глупая. Я боюсь, что никогда не смогу стать такими как они. Или хотя бы как Даша. Она же такая прекрасная.
— С чего ты взяла, что она прекрасная?
— Ее же все так любят. Вся семья. Она самая умная, и это очень важно для мамы и тети Светы. Они же еще умнее. Мне такой никогда не стать. Я задачу не могу решить, мама кричит, что я тупая, как она могла такую меня родить, руками машет, ударяет, рассказывает, как она во втором классе за четвертый решала.
— А я? На меня не хочешь быть похожей? – Кристина сразу же пожалела, что задала этот вопрос. Он был, по сути, провоцирующим, исключительно для утешения собственных мыслей и очень смутил Арину.
— Хочу, — Арина отвела взгляд. – Просто Даша… ее любит наша семья. Мама ее очень любит. А тебя они не любят. Я хочу, чтобы меня любили.
Ну конечно, куда мне до Дашеньки. Белокурый ангел с золотой медалью, будущим красным дипломом, и идеальной преданностью родителям. Действительно, за это в нашей семье будут любить.
Вслух Кристина сказала:
— Ты очень умная. Даже если все говорят тебе обратное, знай, что ты умна. Неважно, похожа ты на Дашу или нет.
— Но в мире есть только я и мама. И она… как бог, я уже говорила. Мне страшно, Кристина. Мама почти каждый вечер на меня кричит. Скоро она меня совсем разлюбит. У меня живот болит от этого. А еще, знаешь, я не хочу быть тобой или Дашей. Я хочу быть как я.
— В этой семье ты должна быть или мной, или Дашей. Другого не дано. Какой бы ты не была на самом деле, ты станешь той, которой тебе тут нарекли. Вон я – настоящая психичка и тупица. Лучше уже будь как Даша, у нее хотя бы проблем меньше. А может, и нет. Не знаю…
От этих слов Арину затошнило. Она легла на диван и скрутилась калачиком. Кристина не смотрела на нее, она ушла в свой мир, глядя на компьютер.
Новую попытку расстаться с Андреем Даша решила предпринять у себя дома, тогда, когда рядом будет только Арина. Это, конечно, было не очень хорошей идеей – вроде как впутывать ребенка в свои проблемы, но Дашу больше волновала ее психика, которая от таких отношений постепенно начала съезжать с катушек. То ей снилось, как Андрей ее душит, то она, гуляя с друзьями, шарахалась от встречных парней, похожих на «любимого» и понимала при этом, что находясь в одних и тех же районах, рано или поздно она действительно его встретит, и он накажет ее за нарушение запрета общаться с друзьями. Последнее время Андрей стал усиленно намекать на переезд к нему в съемную квартиру, и Даша понимала, что не сможет отказаться, а за дверью его дома окажется в аду. Её семья ведь и пальцем не ударит, чтобы помочь.