Успешно доехав, даже не уступив место назойливой бабушке или дедушке (Кристина никогда этого не делала, потому что считала, что образ бунтарки должен быть всегда с ней), девушка соскочила с подножки.
Она нашла торговый центр, а в нем кафе, где подавали блюда из курицы. Среди всех столиков выделялся один, прямоугольный, а не круглый. За ним сидела девушка с волнистыми волосами.
— Привет! Ты Лена?
— Да. А ты Кристина?
— Ага, — Кристина села. – Ты кого-то боишься?
— Не то, чтобы я боялась, просто не хочу видеть этих людей. Я чуть ли не единственная, кто от них ушла, вдруг не простят.
— Я правда хочу понять, что не так. Я не шпион какой-то, клянусь всем.
— Хорошо. Я должна рассказать тебе свою историю? Ты же мне свою рассказала.
— Да, желательно, — Кристина заказала себе и девушке кофе с молоком.
— У меня все начиналось почти как у тебя. Проблемы были, неудачные отношения, с родителями не разговаривала пару лет, тут узнала случайно, что они от меня скрыли смерть моей крестной. У меня немного крышу снесло. А в моем окружении был парень оттуда, стал зазывать в церковь. Я думала, мне там помогут, да и так тоскливо было. Пошла, ну и все как у тебя: все меня любили, славили, обнимали, печеньки. Я потом не могла своей жизни без них представить.
— А такое странное чувство, как эйфория от наркоты?
— Да, я безумно счастлива была. В итоге, я прекратила отношения с парой своих друзей, потому что мне внушили, что все, кроме прихожан их церкви – грешники и потянут меня на дно. Из универа чуть не вылетела, вместо пар на служения ходила.
— И что заставило тебя уйти? Поняла, что деньги тянут? – Кристина крутила кольцо на пальце.
— Ну, не только. Просто в один день те, кто реально за меня волновались, глаза немного открыли. Им было нелегко – я их ненавидела за то, что они мне говорят. А деньги… Они только сначала на конференции берут. Потом будет и другое. Я все отдала, питалась в самой церкви, даже кипяток на лапшу заварить не могла, ибо чайник продала. Меня вытащили друзья и пара родственников. Я ходила к психологу в центр, где по зависимостям. С сектантами тоже там работают.
— А мне нужен психолог? – Кристина округлила глаза.
— Нет. Ты сама все поняла. Это хорошо. Главное, окончательно пойми то, что это правда. Ты с церковью в одном районе?
— Нет, далековато друг от друга.
— Прекрасно. С кем-то из них ты вынуждена контактировать?
— Да, Аня и Альбина со мной в одном классе.
— Это хуже. Кристина, послушай меня внимательно, — Лена наклонилась к девушке. – Они так просто тебя в покое не оставят. Твоя семья сможет тебе помочь?
— Нет.
— А друзья?
— Только из церкви.
— Ясно. Тебе нужно будет перейти в другую школу. Эти девочки не дадут тебе спокойно жить.
— Но меня не возьмут, я слишком плохо учусь.
— Тогда хотя бы в другой класс. Для этого нужна помощь мамы. Скажи ей, что тебя травят, она пойдет к директору и тебя переведут в параллельный.
— Да маме все равно, она не станет этим заниматься. Ей было плевать на то, что Арину обижают, а на меня тем более. Это моя сестра, — сказала Кристина, заметив вопрос во взгляде Лены.
— Тогда я не знаю. Придется терпеть и бороться с ними. До конца года еще есть время, подтяни оценки и после этого пойди в другую школу. А до этого – просто не поддавайся. Уйди и не вернись.
— Хорошо. Спасибо, Лен.
— Не за что, — Лена встала, посмотрела секунду на Кристину. Погладила ее по плечу и ушла.
Войдя в квартиру, Кристина сразу отправилась в свою комнату, чтобы обдумать, как ей уйти из церкви-секты. По дороге она встретила маму, собирающуюся выйти в магазин за сигаретами.
— Кристина, ты почему не предупредила меня, что так поздно домой придешь?
Кристина промолчала.
— Чего молчишь? — спросила мама уже громче.
— Я с тобой не хочу разговаривать после вчерашнего.
— И что же я сделала?
— Опять ударила меня. Ни за что. И не говори, что я вру, и такого не было, мне надоело чувствовать себя ненормальной.
— Я не помню вчерашний вечер. И не помню, делала ли ты что-то или нет. Вообще не помню какой-то ссоры. Так что не заводи эту тему, я тебе не помогу, — мама вышла из квартиры.
Кристина поняла, что на этот раз мама не пытается ввести ее в заблуждение. Она действительно не помнила. После выпивки с ней такое было всегда. Мама могла накричать и обидеться, а через пять минут забыть, стать ласковой и смеяться, хотя в нормальном состоянии дулась бы еще сутки.
Девушка прошла в детскую. Она не могла найти свой планшет, а потом вспомнила, что мама оставила его в спальне дяди и тети.