— Мам, перестань! – вступилась за нее Кристина.
— Что это было? Я запретила даже заговаривать про отца. Тем более при людях. Вот ты тупая, слов не понимаешь? – обратилась мама к Арине.
— Мам, ну она же ребенок. Дети все равно что-то скажут такое. И еще Арина права. Я тоже не против с ним увидится.
— Да ты что! А он прямо горит желанием вас всех повидать.
— Так ты с ним не общалась сто лет. Как ты можешь знать?
— Ты просто не хочешь верить, что вы не нужны своему папаше. Помнишь вашу последнюю встречу прошлой весной?
— Да. Только тогда ты не горела желанием, чтобы мы пообщались. Мы и словом не перебросились, как ты сразу же нас утащила. И даже если я не хочу верить, то мне и Арине тем более нужно его увидеть. Чтобы выяснить правду.
— Он вам ни разу не позвонил за все это время.
— Так ты ему при нас запретила!
— Любил бы – шел, невзирая на препятствия, — поэтично сказала мать.
— Мам, серьезно. Хоть раз надо же увидится. Просто дай его телефон, чтобы позвонить.
— Никогда в жизни. Вы увидите его только через мой труп. И еще раз ты скажешь что-то при всех, будешь ходить такая же битая, как и твоя сестра, когда меня чем-то выводит, — пригрозила мама Арине и вышла из комнаты.
Арина села рядом с Кристиной.
— Думаешь, мама права и мы ему не нужны?
— Не знаю, но сидеть и мучиться догадками глупо. Нужно его самого спросить.
— Но она же не дала телефон. А где он живет, мы не знаем.
— И в соцсетях его нет. Не расстраивайся, что-нибудь придумаем, — Кристина потрепала сестру по плечу.
Даша яростно швыряла тетради в сумку.
— Спокойно, котик, — улыбнулась Ася, глядя на нее.
— Как меня уже это все задрало. Ненавижу этот тупой университет, предметы, зачеты.
— Первая сессия уже закончилась, вторая нескоро. Чего ты так психуешь? Ты же отличница.
— Да ненавижу я эту учебу! Я учусь часами, чтобы быть отличницей, как и в школе впрочем. Только в школе мне хотя бы что-то нравилось, а здесь ничего. Ненавижу каждый предмет, и специальность тоже.
— Так, а зачем тогда ты сюда поступила? – спросила Ира, еще одна подруга Даши.
— Потому что, блин. У меня не было выбора.
— Ну брось теперь. Если ненавидишь, зачем мучиться?
— Знаешь, Ира, у тебя все так просто. Возьми и брось, это же так легко! — закричала Даша.
— Даш, успокойся, ты чего? – Ася взяла ее за запястье.
— Ничего. Меня достало, что у всех все так просто. Знаете, что будет, если я брошу и пойду делать то, что хочу? Будет ужас. Слава богу, я ничего не хочу. Вообще ничего, — Даша выбежала из аудитории.
— Что с ней? Что она имела в виду этими словами? – спросила Ира.
— Ир, на самом деле у нее все реально сложно. Не наезжай, серьезно, — Ася вынула из сумки банан.
— А что я-то?
— Идем, — Ася пошла к выходу.
Татьяна откупорила бутылку водки. Она даже не стала наливать в стакан, а пила прямо с горла. В ушах все время звучали слова детей о папе, а перед глазами мелькали воспоминания о ее совместной жизни с Сережей.
Она пыталась усадить трехлетнюю Арину в коляску, вокруг бегала Кристина со своим мячом. Татьяна бросила дочерей и пошла в кухню за таблеткой от головной боли.
— Завтра я выхожу на работу, — объявила она читавшему газету за столом Сергею.
— Тань, Арине только неделю назад три исполнилось. Может, немного подождешь? Вон Кристина вечно болела, хотя в садик почти в пять лет пошла. А тут такая маленькая девочка, организм неокрепший. И она ранимая, как разлуку перенесет…
— Эта разлука с шести до девяти вечера. Переживет. Не надо мне тут своей заботой прикрываться. Ты и с Кристиной уговорил меня не выходить на работу, а потом начал деньгами попрекать и зажимать. Фиг я такое снова допущу. С этими детьми никогда не добьешься чего-то. Вон Светка уже почти начальница, а я все еще просто экономистка. Очень мило.
— Не понимаю, зачем тебе эта работа, если ты ее ненавидишь, как и свою профессию в целом.
— С чего это ты взял?
— Ты мне рассказала, когда Арину родила. Мол, наконец-то отдых от этого ада.
— Ну ненавижу, и что? Какая тебе разница? Все равно наплевать на мои чувства.
— Просто не понятно, зачем делать то, что не любишь.
— Потому что, мать твою.
— О, вспомнил. Ты же мне уже отвечала когда-то на этот вопрос. Что-то о сложных отношениях со Светой. Кажется, если бы ты не пошла на экономиста, то разочаровала бы родителей — экономистов? Ой, нет, немного не так. Родители тебя никогда не любили, а если бы ты не пошла, то окончательно от тебя бы отказались, что доставило бы страшную радость Свете, над которой ты всегда стремилась возвыситься. И ты решила не доставлять. Вроде так? Сложно, однако, в вашей родне все.